Классическая пейзажная лирика   Современная пейзажная лирика   Галерея пейзажей   Пейзажная лирика   Антология пейзажной лирики   Каталог литературных сайтов Новости сайта  
 
 
 
 
 
 
 

Усович Евгений«Заколдованная блоха»

Билибин Иван - Иллюстрация к «Сказке о царе Салтане»
Билибин Иван
Иллюстрация к «Сказке о царе Салтане»

На окраине города жил пес. Работал он на кирпичном заводе сторожем. Построил себе маленький домик с печкой, да веранду с крылечком, а больше ему ничего и не нужно было. Летом на веранде отдыхал, а зимой больше возле печки дни коротал. Родителей своих он не помнил. В детстве у него была квадратная мордочка, лохматые квадратные уши, и весь он выглядел каким-то квадратным и лохматым. Из-за того, что щенок постоянно кувыркался в кирпичной пыли, его шерстка тоже приобрела кирпичный оттенок. Неудивительно, что грузчики шалуна так и прозвали: «Кирпич».

Через год Кирпич вырос в громадного лохматого пса, и его приняли на работу ночным сторожем. Работа у него была несложная, но и не заработная и, к тому же, довольно скучная. По утрам, после ночной смены, Кирпич быстренько расправлялся со своим нехитрым завтраком и выходил на крылечко отдохнуть. Лежал он на солнышке, дремал и мечтал, что когда-нибудь заработает много денег, посмотрит мир, а, может быть, сделает пристройку к дому и заведет семью.

Друзья приходили к нему в гости и рассказывали, что их знакомые зарабатывают деньги по-разному. Кто на таможне наркотики ищет, кто в цирке выступает, кто слепых через дорогу переводит. Только старую Жульку никто никуда брать не хотел. Она на улицах бутылки собирала, приносила их на бензоколонку и меняла на еду. Кирпичу ее было жалко, и он всегда приберегал для нее что - нибудь из погреба, который был у него под домом.

Время шло, но ничего в его жизни не менялось. Каждую ночь он двор с горами кирпича охранял, а утром опять на крылечко выходил, и снова мечтал, что вот придет день…

И однажды случилась странная вещь. В жаркий летний полдень, когда на деревьях не шелохнется ни один листочек, вдруг зашумела листвой старая акация в углу двора, за ней чахлый кустик сирени, и в остатках травы родился маленький пыльный смерч, который покатился по двору, поднимая мелкий мусор. При этом самым удивительным было то, что на других деревьях листья так и остались висеть вялыми тряпочками. Кирпич сонно смотрел на крутящийся столбик пыли, лежа на боку и высунув от жары язык. Смерч пробежался по двору, вкатился на крыльцо и взъерошил на Кирпиче шерсть, отчего все его блохи проснулись и принялись искать прохладные местечки. После этого смерч исчез. Кирпич вскочил, шерсть кое-как пригладил, и блох разогнал. Потом снова улегся на подстилку, ворча на неведомо откуда взявшийся ветер.

А вечером, когда грузчики уже по домам собрались, к заводу вдруг Волк подкатил на красивой машине.

-Эй, служивый, заработать хочешь?

-А кто ж не хочет, - сказал Кирпич. – Чего делать-то?

-Да кирпич мне нужен. Целая машина. Дачу строить буду. Поможешь?

Обрадовался Кирпич скорому заработку.

-Конечно, помогу. Давай, оплачивай, контора еще работает, я тебе самые лучшие выберу, и погружу быстро, не сомневайся.

-Да ты что, лохматый, - поморщился Волк. – Я же тебе заработать предлагаю.

-Ну, понятно, что я не бесплатно грузить буду. - согласился Кирпич. – Сговоримся.

-Ничего ты не понял, - вздохнул Волк. – Ты не сейчас, а попозже погрузи, когда все уйдут. А я тебе заплачу. Не бойся, не обижу.

-Так это же воровство, - удивился Кирпич.

-Да ладно, какое воровство. Смотри, сколько его здесь валяется. Никто и считать не будет.

Кирпич даже зарычал от негодования.

-А ну, уезжай отсюда! Пока я здесь сторожу, никто со двора ничего не унесет.

-Ну, не хочешь, не надо, - сказал Волк. – Кого-нибудь еще найду. Думал, что ты заработать хочешь.

Обиделся Кирпич, что о нем так думают.

-Я воровством не зарабатываю. И другим не дам.

Плюнул Волк, сел в машину и укатил восвояси. А Кирпич, ворча от негодования, отправился проверять, хорошо ли закрыты ворота.

Всю ночь он ходил по двору и размышлял, надо было кирпич продавать или нет. Ведь денег Волк много обещал. Но к утру решил, что поступил правильно. Воровать Кирпич не умел и не хотел. Он считал, что деньги нужно заработать. Вот только где?

С этими мыслями он позавтракал и вышел на крылечко отдыхать, наслаждаясь прохладным утром. Настроение у него было прекрасным. Тут на улице опять тормоза завизжали. Посмотрел Кирпич на ворота и почувствовал, что утро уже не такое приятное. Из огромного джипа Медведь выбрался. Толстый, стриженый, в помятых белых брюках, рубашка на пузе расстегнута. А в лапе бутылка с минеральной водой. Пыхтит, с ноги на ногу переваливается, непрерывно к бутылке прикладывается.

Разозлился Кирпич.

"Опять украсть попросит. Не дам ничего. Ни за какие деньги."

А Медведь прямиком к нему направился.

-Доброе утро, приятель. Как ночь прошла?

-Ничего не дам! – сказал Кирпич хмуро. – Оплатите в кассу, погрузить я помогу.

-Что погрузить? – удивился Медведь. – Мне не нужно ничего грузить.

-Так зачем же Вы пришли? Не в гости же.

Медведь обошел его домик вокруг, перила лапой покачал.

-Сам строил?

-Ну, сам, - кивнул Кирпич. – А что?

-А если другому построить? Смог бы?

-До-ом? Это что, Вам, что ли?

-Мне, - подтвердил Медведь. – Ты не беспокойся, я хорошо заплачу. Построишь дом, – машину купишь.

Кирпич недолго думал. Дело-то знакомое.

-А когда начинать?

-Да завтра и начинай. Чем раньше, тем лучше.

Отдежурил Кирпич ночную смену, а утром отправился к Медведю.

Те, кто когда-нибудь строил дом, знают, как это тяжело. А ведь Кирпич ночами еще завод охранял. Уставал он очень, спал урывками, ел кое-как. Вдобавок Медведь все время заставлял его переделать что-нибудь, и работу приходилось начинать сначала. Кирпич злился, но ему ужасно хотелось купить машину, и он терпел. Наконец, дом был почти готов. Оставалось только обои кое-где наклеить и еще раз полы отлакировать. Тут и Медведь появился. Обошел он дом, поковырял штукатурку, посмотрел, как льется вода в ванной, и стал какой-то сучок на двери рассматривать.

-Ну, что, брат? Правильно мне говорили, не специалист ты. Хоть бы предупредил, что строить-то не умеешь. Столько материала испортил. Плитка итальянская, красное дерево, сантехника…

-Как испортил? – растерялся Кирпич. – Да у Вас дом самый лучший на улице. Ни у кого такого красивого нет.

Усмехнулся Медведь.

-Ладно, строить ты не умеешь. А вот остальной материал где? У меня много было.

-Как где? – ахнул Кирпич. – Да я же все на дом потратил! И кирпич, и доски, и краски…

-Приглашу я, пожалуй, милицию, - стал размышлять Медведь. – Не могло на такой маленький дом столько материала пойти.

Достал он из кармана телефон и стал звонить куда-то.

-А когда же Вы мне за работу заплатите? – спросил Кирпич.

-Заплатить? – захохотал Медведь. – Подожди, сейчас милиция приедет. Вот ты майору Барсуку и расскажешь, за что я тебе заплатить должен, а за что ты мне.

Хотел Кирпич Медведю ухо откусить, но побоялся милиции. Еще в тюрьму посадят. Повернулся он и побрел в свой домик. Лег на крылечке и загрустил. Блохи начали, было, с ним заигрывать, но он на них и внимания не обратил. Так и пролежал весь день, даже на работу опоздал. Да и не хотелось ему идти на эту работу. Всю ночь Кирпич у ворот просидел. Думал. А наутро решил, что пойдет к Лиске за советом. Лиска бизнесом давно занималась. У нее и шубка красивая была, и домик аккуратный, и машина в гараже стояла.

-Ой, - обрадовалась Лиска, когда узнала, зачем пришел Кирпич. – Так ты бизнесом заняться хочешь?

-Ну да, - вздохнул Кирпич. – Деньги нужны. Только я воровать ничего не буду. И строить ничего не хочу.

-И не надо, - возразила Лиска. – Я тебе хороший бизнес предлагаю. Я тебе сейчас товар дам, а ты его продашь. Выручка пополам. Смотри только, чтобы не отняли. Хотя, ты парень крепкий.

Улыбнулась она Кирпичу и вытащила из большого холодильника целый мешок кур и уток.

-Ого! – удивился Кирпич. – И это все нужно продать?

-Правильно понимаешь, - подмигнула ему Лиска. - И поторопись. А то пропадет товар.

Нашел Кирпич во дворе тележку, погрузил на нее мешок с курами и утками и отправился на рынок. Увидел там свободный лоток, разложил свой товар и давай его нахваливать на все лады:

-А вот куры нежные, грудки снежные! Уточки домашние, совсем не вчерашние! Кто все купит, тому продавец уступит!

Подошли коты-мясники, стали товар рассматривать, туда-сюда вертеть, обнюхивать. Вдруг один утку поднял и говорит:

-Э-э-э, да у этой утки на лапке мое колечко с меткой. А ну, говори, где ты ее взял?

Тут и другой курицу вытаскивает.

-Слушайте, я эту курицу вчера видел. Она приметная, у нее крыло поломанное.

Налетели коты-мясники на Кирпича.

-Ах ты, ворюга! Мало тебе, что украл, так ты еще и продавать наш товар сюда пришел? Ну, погоди!

Позвали они других продавцов, еле Кирпич с рынка ноги унес. Прибежал он к Лиске и на нее накинулся.

-Ты что же мне ворованных уток да кур подложила? Мне на рынке чуть хвост не оторвали.

-Как на рынке? – ахнула Лиска. – Ты что, на рынок пошел?

-А куда же мне идти? – удивился Кирпич. – Все на рынке продают.

-Ах ты, простофиля, - запричитала Лиска. – Да надо было тихонько, на улице, или знакомым предложить, а не на рынок соваться. Ой, а вдруг за тобой кто следил, когда ты ко мне шел. Если сюда коты-мясники придут, они же мне шубу наизнанку вывернут. Ой, быстрей иди отсюда.

Вытолкала Лиска Кирпича на улицу и дверь поскорей за ним закрыла. Оглянулся он вокруг, схватил палку, хотел, было, со злости окно Лиске разбить, да тут барсука заметил в милицейской форме. Бросил он палку, повернулся и пошел, куда глаза глядят.

Шел он, шел и вдруг остановился, рот открыл от удивления. Прямо на него смотрит со стены великолепный пес, улыбается. Грудь выпятил, страшные клыки демонстрирует. Под картинкой табличка висит: «Элитное охранное агентство «БЕЛЫЙ КЛЫК».

Представил Кирпич себя таким же белозубым красавцем, и у него даже слюнки потекли. Не выдержал он, толкнул дверь и оказался в просторной приемной. В кожаных креслах псы развалились, и среди них ни одного, сколько-нибудь похожего на Кирпича. Доберманы, ротвеллеры, бультерьеры… Уши у всех обрезанные, хвосты короткие, на толстых шеях жетоны висят с изображением белозубого пса со стены. Увидели они Кирпича, бросили свои занятия и удивленно на него уставились.

-Ты что, потерял что-нибудь, лохматка?

Сконфузился Кирпич. Еще бы, красавцы такие вокруг.

-Я это, насчет работы. Я тоже, вроде вас, по охране специалист…

Переглянулись псы, а потом, как по команде, захохотали так, что пузатый бультерьер даже с кресла упал.

-У нас элитное предприятие, милый. Да ты знаешь, что это такое?

-Ты, Полкан, сначала репьи из хвоста выбери, - подхватил доберман. – Я не могу, специалист явился… По охране кур! Вон, на углу, в пивную вышибала требуется…

-Я не Полкан. Меня Кирпичом зовут, - огрызнулся Кирпич.

Очень он был обижен такой встречей. Да что эти толстяки себе позволяют…

-Ха-ха-ха! - бультерьер даже за живот схватился. Ки-кирпич… Это что же за имя такое? Ты откуда взялся, Полкан?

-Я, кажется, сказал, что я не Полкан! – зарычал Кирпич.

Так у него зачесались зубы от желания вцепиться в крысиный нос бультерьера, что он даже шаг вперед сделал.

Псы, как по команде, вскочили с места и дружно зарычали. Оглядел Кирпич ряд клыков и горящие глаза тренированных бойцов, и решил отступить благоразумно.

-Ладно, ладно, парни. Я, кажется, просто ошибся адресом. Извините, я пойду.

Открыл он дверь, стараясь к псам хвостом не поворачиваться, выскочил на улицу и только после этого вздохнул облегченно.

-Они мне, точно, репьи из хвоста выдрали бы. Вместе с хвостом. Пойду-ка я, лучше, домой.

Взглянул он последний раз на великолепного пса на вывеске и, опустив уши, поплелся на свой завод. Дома без аппетита пообедал, вышел на веранду и прилег отдохнуть. Надо было обдумать все, что с ним случилось за последнее время.

«Надоело все. И двор этот надоел, и работа эта, и обманщики бесконечные. Уйду отсюда. Дом только жалко…»

И в это время его укусила блоха, за ней вторая.

-Вы еще достали меня, проклятые! – зарычал Кирпич.

Вскочил он и со злостью принялся щелкать зубами. Блох паника охватила. Забегали они под его шерстью от хвоста до кончика носа, но вскоре пришел им конец. Всех Кирпич перещелкал. Лишь одна спряталась в укромном местечке. Изловчился он, наконец, поймал и ее, но только на зуб примерил, как вдруг взмолилась блоха тоненьким голоском:

-Не губи меня, Кирпич, я не простая блоха. Отпусти, я все тебе расскажу.

От удивления Кирпич даже забыл пасть закрыть. Выскочила блоха наружу и села на лавку.

-Я думала все, конец мне пришел. Уж больно ловко ты со всеми расправился, я и опомниться не успела. Спасибо, что не прищелкнул.

Помотал Кирпич головой, уселся на хвост и уставился на блоху.

-Ты кто? Никогда не слыхал, чтобы блохи разговаривали.

-Да не блоха я вовсе. Я дочь нефтяного короля. И живу в далекой стороне за горами и лесами. Когда я была маленькой, очень любила петь. Людям нравились мои песни и они стали приезжать издалека, чтобы их послушать. Тогда отец пригласил ко мне лучших учителей. Скоро обо мне узнали в столице и пригласили выступить в большом концерте, во дворце. Но дело в том, что моя мама давно умерла, и отец женился во второй раз. Мачеха просто ненавидит меня. А у нее еще есть дочь. Она тоже хочет петь, но совсем не умеет. Только рот на сцене открывает, а за нее магнитофон поет. Когда мачеха узнала, что меня пригласили в столицу, она захотела сжить меня со света. Ее дядя настоящий шаман и знает много всяких колдовских штучек. Превратил он меня в блоху, посадил на ладонь и дунул в сторону ветра. Далеко унес меня ветер. Много лесов и полей, рек и гор пролетела я, пока не упала прямо на твое крыльцо. Мне было страшно, и я спряталась в твою шерсть. Там были еще блохи. Они смеялись надо мной и заставляли пить твою кровь, но я не могла. Я крови боюсь. Ночью я выбиралась наружу и искала крошки с твоего стола, хотя надо сказать, что ты почти ничего не оставляешь.

-Теперь я вспомнил, - кивнул Кирпич. - Однажды летом, в страшную жару, вдруг появился маленький смерч, который закатился прямо ко мне на веранду. Значит, это была ты?

-Да, - вздохнула блоха. – С тех пор прошло много дней. Мне уже пора собираться в столицу. А я даже не представляю, как вернуться домой.

-Невероятная история, - сказал Кирпич. – Даже если ты ее придумала, чтобы я тебя не прищелкнул, все равно спасибо. Ты меня здорово развлекла. У меня ведь даже телевизора нет.

-Я не обманываю тебя, - заплакала блоха. – Я бы могла просто уйти к другой собаке. Ты мне понравился. Ты добрый и честный. Кроме того, ты храбрый и очень сильный. Мне показалось, что ты можешь мне помочь. Хотя я не знаю, чем.

-М-да, - почесал Кирпич за ухом. – Мне, конечно приятно, что ты так обо мне думаешь, но я тоже не знаю, чем могу тебе помочь. Во всяком случае, раз ты меня не кусаешь, то, пожалуйста, живи, где хочешь. Я тебе и крошек буду побольше оставлять. Ты давай, иди пока туда, где ты там сидела, а я немного посплю. Мне ведь скоро на работу. А за ночь я что-нибудь придумаю.

Заснул Кирпич и приснился ему странный сон. Будто летит он по темному небу в ту сторону, где солнце встает, и чей-то шепот ему чудится:

-Знаю, что нашел ты мою дочь. Слышу ее, да увидеть не могу. Мешает мне кто-то, туман, да темноту напускает. Не вижу ее, не знаю, где она. Кто бы ты ни был: друг или враг, зверь или человек, помоги ей вернуться домой. Я щедро вознагражу тебя. Солнце тебе путь укажет. Только должен знать ты, что путь твой лежит через высокие горы. А их охраняет снежный барс. Берегись его, не простой это барс, может отнять он у тебя мою дочку, может заслонить солнце...

Дальше летит Кирпич. Леса, реки внизу мелькают, вот уже и горы показались, а солнца все нет. Но вот посветлело над горами небо, засветилась заря розовая, солнышко в далекой постельке лесной потягивается, улыбается. И только хочет Кирпич у солнца дорогу спросить, как вдруг поднимается из-за гор костлявый шаман. На плечах шкура снежного барса наброшена, шапка хвостами звериными украшена. Протягивает он к солнцу длинные руки, хватает его и бросает в озеро. Шипит вода в озере, поднимается над ней белый пар, и летит облачком по темному небу. Подплывает облачко к Кирпичу, и видит он, что не облачко это, а девушка из тумана прозрачного. Смотрит девушка на него и шепчет: «Не бойся, Кирпич, я не солнце, я заря утренняя. Попробуем обмануть мы шамана. Лети за мной. Только не отставай». И плывет от гор прочь. Спешит Кирпич за ней. Но не удается им далеко улететь. Видит их шаман. Хохочет он страшно и начинает крутиться на месте. Со шкуры хлопья снежные летят, звериные хвосты метель поднимают. Уже и не видать зарю утреннюю, едва-едва в тумане светлое облачко проглядывает. Спешит Кирпич, в туман всматривается, как бы зарю не упустить, да дорогу не потерять. И вдруг светлеет вокруг, расходятся тучи, рассеивается туман. Оказывается Кирпич на берегу реки. Над ним небо голубое. Горы высокие позади остались. Огляделся Кирпич. Не видать нигде зари утренней. И вдруг шепчет кто-то ему в ухо: «Здесь я, рядом. Просто, не видно уже меня. Должен ты через реку перебраться. Видишь, на другом берегу дом-дворец стоит? Там и живет дочь нефтяного короля. Не нужна я тебе больше. Прощай!» Подходит он к реке, пробует воду. Холодна вода. Смотрит, невдалеке мост стоит. Перебирается Кирпич через реку, обходит дом вокруг. Ворота закрыты, в высоком заборе ни одной щелочки. Тут вспоминает он, что летать умеет. Одним махом через забор перепрыгивает. Пусто во дворе, собака не залаяла, кот не мяукнул. Двери в доме закрыты, на окнах ставни притворены. Только одно окошко в мансарде светится. Прыгает Кирпич на балкон, с него на крышу, подбирается к окну и в комнату заглядывает. И такую картину видит, что едва опять с крыши не летит. Сидит за столом женщина не то, чтобы молодая, но и не старая. Лицо у нее полное, красивое. Только глаза холодные и злые-презлые. А напротив нее шаман длинную трубку курит. Та же шапка на нем, с хвостами звериными, та же шкура на плечах висит.

-Помешал я им, - говорит шаман. – Бурю снежную в горах устроил, потеряли они дорогу.

-Ой, дядя, боюсь я, - качает головой женщина. – А если все же доберется она сюда? Ведь не сдобровать мне тогда. Муж и так не верит, что дочь его уехала по стране песни петь.

-Не доберется, - утешает ее шаман. – Ее ветер за тысячи километров унес. Я и разглядеть не могу, где она. Если и доберется, так разве только чудом.

-Думаешь, что ты один чудеса делать умеешь? – не унимается мачеха. – Так и кажется мне, что вот-вот она здесь появится. Ты сделай еще что-нибудь, чтобы не достала она меня.

-Ну, чтобы снова в девушку превратиться, ей еще тебя укусить нужно, а она крови боится. Ты ее смахнуть успеешь. Но, если просишь, сделаю я так, что никогда она тебя не достать не сможет. Скажи, есть ли у тебя кольцо, что она на пальце носила?

Достает мачеха из ларца перстенек золотой и подает шаману.

-Вот, это колечко я ей дарила. Она его всего пару раз и надевала.

Берет шаман перстень, подносит к свече, шепчет что-то. И руками изо всех сил сжимает. Глаза закатил, головой трясет, хвосты звериные болтаются. Мачеха на него смотрит и дрожит. Кирпич хоть и за окном сидит, но ему тоже страшно.

Наконец, разжимаются пальцы, катится перстенёк по столу.

-Все, - говорит шаман. – Теперь, чтобы тебя достать, ей нужно сквозь этот перстень пролезть. А чтобы тебе совсем спокойно было, я его сейчас в колодец брошу. Плавать-то блохи не умеют.

Тут у Кирпича лапы не выдерживают. Скользит он по крыше, когтями цепляется. Визжат когти по железу. Поднимает шаман голову и на Кирпича смотрит. Зубы оскалены страшно, руки через стол в окно тянутся. Разбивается окно, звенят по крыше осколки. Вот-вот сорвется Кирпич. А шаман уже руки к его горлу протягивает. Хочет Кирпич взлететь, а шаман вдруг блохой оборачивается. Прыгает он в шерсть Кирпичу и кусает его, да больно-пребольно…

Тут проснулся Кирпич.

Открыл глаза и по привычке давай зубами щелкать. И вдруг свою новую знакомую вспомнил.

-Эй, - говорит, - ты зачем кусаешься? А говорила, что крови боишься.

-Да это не я, - откуда-то блоха пропищала. – Это у тебя новые квартиранты завелись, пока ты спал.

-Тьфу ты, - плюнул Кирпич. – Как они мне надоели, проклятые. Как разбогатею, шампунь от блох куплю.

Помолчал он немного.

-А в какой стороне ты жила? Ну, откуда тебя ветер принес?

-С востока, - вздохнула блоха печально. – Оттуда, где солнце встает.

-Ну да, - кивнул Кирпич. – Через леса и горы. Это я видел.

-Где видел? – удивилась блоха.

-Да так, - сказал Кирпич. – Приснилось.

И рассказал ей свой сон. Заплакала блоха.

-Это отец меня ищет. Не найти ему меня, не попасть мне домой, никогда не стану я снова девушкой. Быть мне теперь всегда блохой безобразной. Почему ты меня не прищелкнул вместе с остальными? Не было бы мне теперь так горько.

Слушал Кирпич, как она рыдает, и вздыхал тихонько. Жалко ему блоху. Хоть бери, да неси ее домой. Наконец, не выдержал. Вскочил он и сказал решительно:

-А ну, давай, прыгай на меня. Вместе побежим.

-Куда? – спросила блоха сквозь слезы.

-Куда, куда? Домой, конечно. Кто, кроме меня, знает, где твой дом остался? Да и отец твой уж очень просил за тебя.

-Кирпич, миленький, - ахнула блоха. – Поцеловала бы я тебя, да не знаю, как блохи целуются, укусить боюсь. Как же ты понесешь меня, ведь далеко очень бежать тебе?

-Ну, уж как-нибудь, - проворчал Кирпич. – Ты, главное, держись крепче. Я быстро бежать буду, как бы не потерять тебя где-нибудь.

Посмотрел он последний раз на свой домик, вздохнул, да и махнул через ворота. Больше не оглядывался. Только улицы мелькали. Опомниться не успел, а город уж за спиной остался. Подивился Кирпич, что так быстро бежать получается, но останавливаться не стал. А как за город выскочили, так он еще быстрей помчался. Бежит, над землей стелется, с горки на горку перепрыгивает, невеликие речки с ходу перелетает. Всю ночь бежал, только к утру немного утомился, решил отдохнуть. Оно и понятно, ведь привык ночами работать. Полежал Кирпич немного, отдышался, позвал блоху.

-Ты здесь?

Вылезла блоха ему на нос.

-Где ты так бегать научился? Я и на машине с отцом так не ездила.

-Сам не знаю, - сказал Кирпич. – Наверно, кто-то из моих предков гончей собакой был. Если бы я знал, что так бегать умею, так на стадион бы пошел, в соревнованиях участвовать.

Конечно, невдомек ему, что это любовь отцовская несет его, как на крыльях. Просто чувствует Кирпич силу необыкновенную.

Полежал он немного и вскочил.

-Ну, прыгай обратно, да держись крепче. Попробую еще быстрее бежать, ведь теперь светло.

И помчался Кирпич навстречу солнцу так, что пыль над степью закрутилась. Только затем останавливался, чтобы воды из реки глотнуть, да в деревне, по пути, кусок хлеба ухватить. Надолго не задерживался. День прошел, другой закончился. Вот уже и леса попадаться стали. Кирпич сквозь чащу не пробирался, через верхушки деревьев перескакивал, с поляны на поляну перепрыгивал. На пятый день впереди горы показались. Отдохнул Кирпич немного и полез по кручам через хребет горный. А горы стоят высокие, скалы отвесные, пропасти глубокие. Вот уже и снег попадаться стал, так высоко Кирпич с блохой забрались. Хорошо еще, что у него шерсть густая, а то замерз бы в снегу Кирпич. Добрался он до перевала и решил передохнуть немного. Вдруг рык страшный раздался. Вышел на перевал снежный барс, тот, что горы охраняет. Глаза желтые горят, хвост по снегу бьет, клыки пеной покрыты. Не испугался Кирпич, вскочил и кинулся на барса. Стали биться они нещадно, снег во все стороны полетел, метель поднялась. Одолевает барс, ведь он здесь хозяин, привычно ему в снегу сражаться. Почувствовал Кирпич, что силы у него уж на исходе. Кое-как вырвался из когтей барса, к краю пропасти отступил. А барс к снегу припал, лапы напружинил, к последнему прыжку приготовился. Вот сейчас столкнет Кирпича в пропасть. Тут блоха на нос Кирпичу вылезла, примерилась, прыгнула на снежного барса и укусила его прямо в глаз. Взвыл барс от боли, вскочил, лапой себя по глазу съездил, да только блоха уже на снег соскочить успела. Не стал Кирпич дожидаться, пока барс в себя придет, кинулся на него и ударил всеми четырьмя лапами. Покатился барс в пропасть, за ним целая лавина посыпалась. Посмотрел Кирпич вниз, даже голова у него закружилась.

-Это ты его так?

-Уж больно мне его глаза не понравились, - пискнула блоха. – Совсем как у дяди мачехи моей.

-Спасибо тебе, - сказал Кирпич. – Я уж думал, конец мне пришел.

Отряхнулся он от снега и осторожно стал вниз спускаться. Перевал-то высокий был, склоны крутые, снег глубокий. Но скоро уже и скалы пошли, потом травка показалась, а там и тропинка нашлась. Побежал Кирпич под горку веселей.

-Стой, - вдруг закричала блоха. – Ну-ка, подожди немного.

Вылезла она и давай на носу у Кирпича прыгать.

-Это же моя река впереди! А за ней мой дом!

Вгляделся Кирпич. И впрямь, место знакомое. Кажется, во сне он его видел. Значит, где-то неподалеку мост должен быть.

-Вон туда нам, - блоха пищит. – Видишь, за лесочком мост. А на другом берегу мой дом.

Тут и Кирпич мост увидел. Удивился он, что все так с его сном совпадает. Повернулся и побежал прямо к мосту. Вот уже и дом-дворец перед ним, и забор высокий, и ворота закрыты наглухо. Хотел, было, он махнуть прямо через ворота, как во сне прыгал, да чувствует, силы уж не те у него. Устал Кирпич. Сел он и стал думать, что дальше делать. Тут и блоха вылезла.

-Ничего себе! Я и не думала, что у нас такой забор высокий. Не перелезть.

-Подожди, - проворчал Кирпич. – Сейчас передохну немного и перепрыгну. Доберемся мы до твоей мачехи. Мне бы только шамана одолеть.

-Не выйдет у нас ничего, – заплакала блоха. – Не станут они с тобой сражаться. Они даже двери не откроют, если тебя увидят. Ах, как жалко, что отца моего здесь нет. Он бы сейчас быстро с ними расправился.

Только она это сказала, как со стороны шум мотора послышался. И двух минут не прошло, подкатил к дому джип, и вылез из него крепкий мужчина в джинсах и свитере. На плечи куртка мягкая накинута. Увидела его блоха и с Кирпича прямо на узорные бетонные плитки навстречу прыгнула.

-Папочка! Миленький! Я здесь!

Остановился мужчина, посмотрел на Кирпича удивленно. Оглядел его Кирпич, нос поморщил. Что-то не похож на короля. Но ведь блоха-то его папой назвала. Поднялся Кирпич, подошел к нему, подал лапу вежливо. Оглянулся мужчина вокруг, плечами пожал, но тоже руку протянул.

-Ну, здравствуй, если так. Чувствую я, неспроста ты здесь появился. Может быть, весточку от дочери моей принес?

Кивнул Кирпич, а блоха кричит, надрывается:

-Здесь я, папочка! Да вот же рядом совсем.

Забеспокоился Кирпич. Еще под каблук попадет. Поискал он блоху глазами.

-Послушай, лезь-ка ты на меня, а то, неровен час, наступит на тебя отец родной.

-Неужели дочка знак подает? – сказал мужчина. – Кажется мне, что рядом она. Ох, что-то сердце колет.

Достал он ключ из кармана и к воротам повернулся. Калитку открыл, на Кирпича посмотрел.

-Ну, что же ты стоишь? Заходи, раз пришел. Вижу, ты путь дальний проделал, может, и сумеешь рассказать что-нибудь.

Прыгнула блоха на Кирпича. Вошел он осторожно во двор и сразу на окна посмотрел. Закрыты окна наглухо, ни щелочки, ни просвета.

Отец, наверно, тоже об этом подумал:

-Что здесь случилось? От кого они закрылись? Или уехали куда?

Поднялся он на крыльцо, на кнопку звонка нажал, а сам ключ в замке поворачивает. Тут распахнулась дверь, мачеха на крыльцо выбежала, бросилась мужа обнимать, целовать и вдруг Кирпича увидела. Побледнела она, как смерть, оттолкнула мужа и пальцем на Кирпича показала.

-Выгони его! Выгони сейчас же!

-Да что с тобой? – удивился отец. – Видишь, устал пес. Сейчас отдохнет, поест что-нибудь, да и пойдет.

-А я говорю, выгони! – закричала мачеха. – У него же блох полно.

Рассердился отец.

-Да что тебе его блохи? Может быть, ты меня в дом пропустишь? Скажи лучше, от дочки весточки не было?

-Не было! – отмахнулась мачеха. - Не любит она тебя! Убежала из дома. Письма не прислала, не позвонила. Может быть, она замуж вышла! Не нужен ты ей!

-Не верь ей, папочка! – запищала блоха отчаянно. – Врет она все! Здесь я! Ну, погоди, проклятая, сейчас укушу я тебя!

-Постой, - шепнул ей Кирпич. – Тебе же еще сквозь кольцо пролезть нужно. Где у вас колодец? Кажется, туда его шаман кинуть должен был.

-За банькой, - сказала блоха. – Только как же я в него пролезть смогу? Я ведь утону сразу.

Ничего не ответил Кирпич, повернулся и поспешил за баньку. Увидела это мачеха, закричала дурным голосом и упала в обморок. На крик из дома ее дядя выбежал. Голова у него бинтом обвязана, один глаз пластырем заклеен, на ноге гипс наложен. Посмотрел он на отца, на мачеху, сразу все понял. Кинулся в дом и вернулся с винтовкой. Оттолкнул отца и скорей к колодцу. Отец за ним. А Кирпич тем временем уж колодец открыл и, не раздумывая, в воду бросился. Успел только блохе сказать, чтобы на краю подождала. Колодец глубоким был, вода в нем холодная. У Кирпича от холода челюсти свело. Добрался он до дна, пошарил лапой, нащупал перстенек, а взять в зубы не может. Подцепил он его когтем, оттолкнулся и скорей вверх. Вынырнул и первым делом поспешил воздуха глотнуть, больно долго ему пришлось перстень искать. А шаман уж в него из винтовки целится. Но тут отец подоспел. Толкнул он шамана, прогремел выстрел, да ушла пуля в небо. Выскочил Кирпич из колодца, положил перстенек на землю. Пролезла блоха сквозь него и снова на Кирпича прыгнула. Помчался Кирпич к крыльцу, где мачеха лежала. Хотел шаман схватить его, да ногой в гипсе за камень зацепился и на землю грохнулся. Подбежал Кирпич к крыльцу, а мачеха уж в себя пришла. Схватила она какую-то палку, замахнулась на Кирпича. Тут блоха с него спрыгнула, вскочила мачехе на нос и со всей ненавистью в него вцепилась. Завизжала мачеха, хлопнула себя по носу, но блоха уже соскочить успела. Только Кирпич хотел ей на помощь броситься, как вдруг видит: стоит на крыльце рядом с мачехой тоненькая девушка.

Оглядела она себя, руки, ноги потрогала…

- Получилось! Кирпич, миленький, получилось!

Бросилась она к двери и закричала:

-Папочка! Я вернулась! Дома я! Дома!

А отец уж навстречу спешит. Схватил он дочку в объятья, прижал к себе крепко-крепко. Хотела она ему сразу все рассказать, но остановил ее отец.

-Молчи, дочка, молчи. Потом все расскажешь.

Смотрел на них Кирпич и радовался. И вдруг увидел, что шаман у колодца винтовку поднял и в отца с дочкой прицелился. Кинулся Кирпич на шамана, схватил его и бросил в колодец. Да еще и крышкой накрыл. Зашипела вода в колодце, забурлила. Отскочила крышка, вырвалось из колодца облако черное и исчезло в небе с воем. Только сверкнули на мгновенье желтые глаза барса снежного. Повернулся отец к крыльцу, а мачехи уж и след простыл. Как увидела она, что Кирпич шамана в колодец бросил, так и выскочила за ворота, только ее и видели.

Подбежала девушка к Кирпичу, обняла его.

-Вот, папочка, мой спаситель. Если бы не он, быть бы мне блохой безобразной до самой смерти.

Смутился Кирпич, отодвинулся осторожно.

-Да грязный я. И блох полно.

-Сейчас мы баньку истопим, - засмеялась девушка. – Я тебе шампунь от блох дам. А пока заходи в дом, гостем будешь, поешь что-нибудь с дороги, пока я обед приготовлю.

Вошли они в дом. Подивился Кирпич на богатые комнаты, а еще больше на кухню невиданную. Не заметил даже, что ему в тарелку положили, все чудеса техники разглядывал. Тут и отец появился.

-Прошу гостей в баньку.

Девушка Кирпича с собой пригласила, чтобы помочь ему шерсть вымыть как следует, да застеснялся он, сказал, что сам справится. Пошел в сауну, попарился немного, только не понравилось ему. Потеть-то Кирпич не умел. Прыгнул он в бассейн, вылил в него весь шампунь, что девушка ему дала, и давай хвостом пену взбивать. Выросла гора пены до самого потолка. Забрался в нее Кирпич и давай, как щенок, дурачиться, блох гонять. Так плескался, что всю воду из бассейна выплеснул. Залез тогда он под душ, пену с себя смыл и пошел сушиться. Увидела его девушка и руками всплеснула.

-Ах, Кирпич, каким ты красавцем стал.

Посмотрел Кирпич в зеркало и глазам не поверил. Смотрит на него медведь какой-то громадный. Шерсть на нем переливается, глаза горят, клыки блестят весело. Не пес, а царь лесной. Вот еще бы поесть немного. Тут, кстати, отец их к столу пригласил. Закусил Кирпич по-царски, совсем ему хорошо стало. Вышел он на крыльцо проветриться. Посмотрел вокруг, увидел недалеко горы высокие и вспомнил, что ему еще обратный путь держать. Загрустил Кирпич. Вернулся в гостиную, сел за стол и молчит. Даже аппетит у него пропал. Наклонился к нему отец, положил руку на голову.

-Что случилось, гость наш дорогой? Или не понравилось тебе у нас? Подожди, ночку отдохнешь, завтра на охоту поедем. У нас охота царская.

-Некогда мне рассиживаться, - проворчал Кирпич. – Я ночью работать привык. Да и пора мне обратно. Путь у меня далекий. Я теперь так быстро бежать не смогу.

-Не надо тебе никуда возвращаться, - возразила девушка. – Нечего тебе там делать. Я хочу, чтобы такой друг всегда рядом со мной был.

-Правильно, - согласился отец. – Здесь тоже дел много. Не хочешь ли ты начальником личной охраны моей дочери стать? А то ее теперь одну опасно отпускать.

-Ой, как хорошо ты придумал, папочка! – Девушка даже в ладоши захлопала. – Я ему стрижку модную сделаю.

-Зачем мне стрижка? – засмущался Кирпич. – Мне и так хорошо. Да и приемов я не знаю. Охранники драться, как в кино, умеют.

Очень ему понравилось это предложение. Домой-то он совсем возвращаться не хотел, потому и настроение испортилось.

-Я тебе тренеров найму, - сказал отец. – Ты такой сильный, пару недель позанимаешься, тебя никто победить не сможет. Зато я буду знать, что моей дочке ничего не угрожает. Ну что, согласен?

-Ладно, - кивнул Кирпич. – Согласен. Понравилась мне дочка Ваша. Не дам я ее никогда в обиду. Когда к работе приступать?

-Приступишь еще, - засмеялся отец. – Приступай пока к столу. Видишь, сколько съесть надо.

Всю ночь они пировали. Девушка отцу о своих приключениях рассказывала, Кирпича хвалила. Только под утро они, наконец, заснули. А на следующий день началась у Кирпича новая жизнь.

Повезла его девушка в парикмахерскую, там ему модную стрижку сделали, когти подточили, хвост укоротили. Оттуда в спортзал. Стали его тренеры обучать приемам заморской борьбы: «КУ-СИ-ДО» и «ХВА-ТАЙ-ДО». А дома Кирпича девушка учила, как себя в обществе вести.

Через две недели она в столицу на концерт поехала и Кирпич с ней. Так он старался, что к девушке никто ближе, чем на два шага, подойти не мог.

-Ты уж так-то меня не охраняй, - смеялась она. – У меня ведь здесь не только враги, но и друзья есть.

-Знаем мы этих друзей, - ворчал Кирпич.

Но постепенно он к своей службе привык. Да и не служба это. Они с девушкой друзьями стали. Она Кирпичу все о своих поклонниках рассказывала, а он, в свою очередь, советовал с кем можно дружбу водить, а с кем и не надо. У него нюх на это отменный был.

Скоро девушка известной певицей стала. Много они стран объездили, много городов повидали. Кирпич степенным стал. Вроде и медлительным, но реакция у него, как у настоящего телохранителя была. Да он теперь и не один охрану вел. В подмогу трех молодых доберманов взял. А ему девушка на шею жетон повесила на толстой цепи золотой. На жетоне ее портрет нарисован и по кругу надпись: «Начальник личной охраны». А на обратной стороне его имя: «КИР». Это девушка ему такое имя придумала, вместо Кирпича.

Все теперь у Кирпича было: и имя хорошее, и служба отличная. Одна только мечта у него осталась. Очень ему хотелось снова в свой город попасть. На кирпичный завод заглянуть, Лиску с Медведем пугнуть, а больше всего в элитный клуб «БЕЛЫЙ КЛЫК» зайти. Посмотрел бы он теперь на тех толстяков наглых. Думал он думал и решил попросить девушку съездить в его родной город на гастроли. А она и отказываться не стала.

-Я, - говорит, - и сама туда давно собиралась.

Прошло немного времени, и оказался Кирпич, то есть, простите, КИР, в своем родном городе. Заехал он на кирпичный завод, и к Медведю с Лиской, и в клуб «БЕЛЫЙ КЛЫК» заглянул. А как его там встретили, это уже совсем другая история.


<<< Список произведений автора 
 Просмотры произведения (482) 
Форма комментированияСказки

 
 
 
 
Copyright © 2010-2018 — "Кенгуренок" Все права на материалы, находящиеся на сайте m-kenga.ru, принадлежат их авторам и охраняются в соответствии с действующим законодательством, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта гиперссылка на m-kenga.ru обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администрации сайта.