Классическая пейзажная лирика   Современная пейзажная лирика   Галерея пейзажей   Пейзажная лирика   Антология пейзажной лирики   Каталог литературных сайтов Новости сайта  
 
 
 
 
 
 
 

Колесова Людмила«Антошка Завирака, Чародей и Фея Забвения »

Билибин Иван - Баба-Яга. Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная»
Билибин Иван
Баба-Яга. Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная»

Приключения Антошки Завираки

Фея Забвения жила в старом замке, что висел над Затерянным ущельем. Со дна ущелья поднимался туман, окутывал замок, и в его комнатах царили вечный сумрак и сырость.
В тот день Фея Забвения бродила по пыльным комнатам пустого замка и тщетно пыталась вспомнить что-то важное. На паутине, потревоженной открываемыми дверьми, оживлялись жирные пауки и набрасывались на хозяйку замка. В тёмных углах под гулкими сводами просыпались летучие мыши и спросонья планировали на старую Фею. Она отмахивалась от них своими длинными костлявыми руками, стараясь не вскрикивать.
В ветхом замке было опасно кричать и даже разговаривать. Впрочем, Фее Забвения разговаривать было не с кем. Она давно уже выгнала всю прислугу. А кого не выгнала, те разбежались. Судите сами, кто отважится прислуживать в замке, с потолка которого сыпалась лепнина, обрушивались карнизы, стоило произнести хоть слово. Однажды, когда рухнуло сразу несколько ступенек на лестнице, ведущей в комнаты прислуги, исчезла и последняя из челяди - её преданная горничная. То ли сбежала, то ли её засыпало кирпичами. Фее Забвения было недосуг разбираться. Она тут же забыла о ней и научилась обходиться без прислуги.
Угнетаемая безуспешными воспоминаниями, Фея Забвения забрела на кухню. Кофе, конечно, уже убежал, а кофейник обгорел. Фея, как это часто случалось, забыла о нём. А сегодня это и неудивительно - она просто выбита из колеи необходимостью что-то срочно вспомнить.
- Но что же, что же мне необходимо вспомнить? - едва пошевелила она губами, лихорадочно оглядываясь на кухне.
И тут же привычка подсказала ей мгновенно отскочить в сторону. Уф, вовремя! С потолка грохнулась лепнина - лепесток розы и половина её серединки. "Лучше бы обвалилась вся сразу", - подумала Фея Забвения, разглядывая потолок. На нём оставалось ещё слишком много украшений в виде всяких там цветочков, листочков, загогулин. Жизнь из-за этой противной лепнины постоянно под угрозой, как на поле боя. Надо позаботиться о своей безопасности. Её взгляд зацепился за позеленевший от времени самовар. Волшебным ногтем на костлявом указательном пальце Фея срезала его верхнюю часть вместе с ручками и надела себе на голову. В ручки она продела шёлковый шарфик и завязала под подбородком.
"В таком шлеме мне всё нипочём", - вызывающе громко сказала Фея Забвения. В ответ лепнина ухнула с потолка, словно горный обвал. По шлему громко грякнуло, он даже покосился на высокой причёске, но голова-то уцелела, а ручки самовара защитили узкие старческие плечи.
Отряхиваясь на ходу от штукатурки, Фея Забвения прошла в гостиную и посмотрелась в старинное зеркало. В шлеме она выглядела весьма воинственно и даже царственно, потому что на верху самовара торчала резная конфорка, похожая на корону. Фея Забвения выбросила из неё застрявший обломок штукатурки. Обновка понравилась ей и на вид.
Машинально она протёрла запылившееся зеркало. И вот чудеса! В зеркале стали происходить изменения. Её шарфик, давно уже ставший какого-то редкостного ржавого оттенка, вдруг снова стал золотистым, её серебряные букли, выбивавшиеся из-под шлема, почернели, а на впалых щеках появился молодой румянец. Всё это напомнило Фее Забвения, что зеркало волшебное. "О, да оно поможет мне воскресить в памяти то, что я тщетно пытаюсь вспомнить!" - обрадовалась она.
В ответ в волшебном зеркале исчезло её изображение, а появилась её спальня, комод, левый нижний ящичек которого открылся, а в нём Фея Забвения увидела шкатулку воспоминаний. Как она забыла об этой шкатулке! Ведь в ней собрано всё, что надлежало помнить.
Не обращая внимания на запах кофе, снова убежавшего из кофейника, Фея Забвения подобрала свои юбки и устремилась на цыпочках по лестнице на второй этаж. Ходить по лестнице на цыпочках вошло в её привычку. Она могла забыть всё что угодно, только не свои привычки, в особенности эту. Ведь гулкие своды лестничных проёмов усиливают многократным эхом даже самые тихие шаги, и может случиться новый обвал. Кто будет разыскивать Фею Забвения под обвалившимися ступенями в Забытом замке над Затерянным ущельем!?
Отдуваясь и прихрамывая (ох, нелегко бегать на цыпочках по лестнице в почтенные-то годы), Фея Забвения вбежала в спальню и вытащила из комода шкатулку воспоминаний. Но крышка шкатулки не поддавалась, она была на замке. Ох-хо-хо, а где же ключик? Фея Забвения заглянула одни глазом в замочную скважинку и почесала волшебным ногтем самоварный шлем на голове. Шлем ожил и попытался взлететь над головой, но ржавый шарфик удержал его от полёта. Фея Забвения стукнула по шлему костлявым кулачком, и тот угомонился. С этим ударом и в её голову влетела дельная мысль. Она взяла под мышку шкатулку воспоминаний и так же на цыпочках спустилась к волшебному зеркалу спросить про ключик. Но спрашивать ничего не пришлось. Как только в зеркале отразилась шкатулка, у изображения Феи Забвения засиял на шее маленький ключик на цепочке. Как же она о нём забыла!?
Фея села за обсыпанный штукатуркой стол, отомкнула шкатулку и принялась вынимать из неё разные реликвии. Вот засохший розовый бутон, но это не то. Вот кружевной носовой платок, пожелтевший от времени. А запах духов, которыми он надушен, напомнили Фее Забвения что-то... забытое. Но нет нужды вспоминать, всё равно это не то. Чёрный веер - не то. Перламутровая ракушка? Не то. Павлинье перо? Серебряная пряжка? Медный колокольчик? Не то, не то, не то.
А вот игральная карта, бубновый валет - это, пожалуй, то, что она искала. И вот эта золотистая звёздочка, ёлочная игрушка, с запахом старой хвои и пыли. О чём они хотят ей напомнить? Сейчас Фея Забвения это узнает. Она как раз видит на самом дне свечи воспоминаний. Вот она зажжёт одну из них, поднесёт звёздочку и карту к глазам так, чтобы они оказались в ореоле огня от свечи, и всё вспомнит.
Волшебное пламя свечей воспоминания возвращает Фее старые, давно забытые запахи, а за ними возвращается и память о давних событиях.

***

Ага, это произошло несколько лет тому назад, на новогоднем балу у Феи Ночи. Волшебный аромат духов и еловой хвои перенёс старую Фею в её роскошный дворец. Бубновый валет по имени Чародей блистал на том балу. Этот молодой человек поразил всех присутствующих тем, что умел творить все мыслимые и немыслимые чудеса. Кроме того, он был умён и остроумен, великолепно танцевал и был потрясающе хорош собой. И, что особенно важно, маги восторженно перешёптывались о его необыкновенном замке в Синегорье с умопомрачительными удобствами и невиданными чудесами. В глазах Феи Забвения это было самым потрясающим достоинством Чародея. В то время в её ветхом замке как раз начались неприятности, и ей было просто необходимо покинуть его. Ей казалось, что Чародей послан ей судьбой. Собираясь на бал, Фея Забвения не напрасно провела полдня у волшебного зеркала. Теперь она считала себя неотразимой и всерьёз рассчитывала на благосклонность Чародея. Так что она нисколько не сомневалась, что вскоре переселится в более комфортабельный замок.
В ход было пущено всё её женское обаяние. Она улыбалась и подмигивала Чародею, посылала ему воздушные поцелуи, делала знаки веером и нарисованными бровями, очаровательно крутила пальцем локон и не отходила от него, обольщая изо всех сил. Но избранницей Чародея стала Фея Ночи, он не сводил глаз с неё. А как он ей улыбался, не замечая Фею Забвения совсем!
Ну, что ж, раз всё так сложилось, Фея Забвения в этом не виновата. Но теперь она вынуждена была пустить в ход "тяжёлую артиллерию" - своё колдовство. Чародей забыл своё прошлое, свой замок и своё происхождение. И разучился улыбаться навсегда! Он был превращён в мрачного страдающего урода, лакея Феи Ночи. Хочет быть с нею - пожалуйста. Пусть страдает у её ног. Но теперь она его ни за что не полюбит! Фея Забвения слегка укоротила ей память в отношении Чародея, всего на один волосок. Напоследок она сорвала с ёлки золотистую звёздочку - на память - и со зловещим хохотом вылетела в окно.
Фея Забвения была более чем довольна. Пусть она не смогла заполучить любовь Чародея, но она поселилась в его замке, забытом и оставленном им. Замок был великолепен. Просторный, новый и крепкий, с пышным убранством, он возвышался посреди роскошного сада на склоне Синей горы. Зимний сад, бассейн и даже фонтан в холле привели Фею Забвения в неописуемый восторг.
Но эти роботы и волшебные вещи, которыми был нашпигован замок, просто озадачили её. Те роботы, что драили полы, ковры в замке и дорожки в саду да при этом тихо урчали, эти были ещё самыми сносными. Но представьте, что вы ещё досматриваете утренние сны, лёжа в постели, как ровно в семь утра часть стены у вашего изголовья с грохотом отваливается, превращаясь в столик, а на нём - горячий завтрак с дымящимся кофе. И какой-то неживой голос вещает: "Ваш завтрак, господин Чародей".
Не успеет Фея Забвения наклониться над умывальником, как ей в глаза бьёт струя воды и мыльной пены, а над щекой зависает бритва. А ну-ка увернись от неё спросонья без порезов! Бедная Фея убегает сломя голову от бритвы, а на пороге ванной на неё набрасывается махровый халат и укутывает с головой. Шутка ли, научиться попадать с разбегу в его рукава, если Чародей был на две головы выше Феи Забвения. Да как бы не запутаться в его полах и не скатиться с лестницы.
Не успеет Фея справиться с халатом, как её поджидают брюки, между прочим, с ремнём, сапоги сорок пятого размера и прочая амуниция для верховой езды. "Лошадь подана, господин Чародей!"
А пудовые гири! О-ё-ёй! Они взлетают в семь пятнадцать и гоняются за Феей по замку, где бы она ни была. "Зарядка, господин Чародей!"
А самооткрывающиеся и закрывающиеся двери! Они распахиваются или наглухо запираются в нужное время по его, Чародея, расписанию. А ей, Фее Забвения, это надо? Может быть, Чародей и знал, как изменить расписание, как подчинить их себе. Но Фея Забвения с ними не совладала.
Однажды она полдня проскучала в мрачной библиотеке за закрытыми дверями. В другой раз она промокла под дождём в саду и уже думала, что ей придётся там и заночевать. На её счастье открылось окно в спальне. И бедную Фею выручило её умение летать. Но вырваться из запертого бассейна ей на другой день не удалось и пришлось ночевать на кафельном полу.
На тот случай, если она снова окажется запертой, Фея приучилась всегда носить с собой ридикюль со всем необходимым. Среди прочих вещей там была и колода карт, и она частенько коротала время, раскладывая пасьянс.
Фея Забвения так любила кофе! Так его любила! И готова была пить его хоть целый день. Но Чародей пил кофе всего один раз, да и то в постели в семь утра. И если Фея немного промешкает, протирая глаза, то либо страшная бритва, либо летающие гири, либо халат не дадут ей допить и эту чашечку.
За пару месяцев, что Фея Забвения прожила в замке Чародея, она не раз оставалась без завтрака, ночевала, где её запрут. Она сбилась со счёту, сколько раз обрезалась о бешеную бритву, сколько шишек набила на лбу, запутавшись в длиннополом халате, сколько томительных часов провела взаперти, ожидая, когда же откроются двери. А сколько раз она хваталась за сердце от хлопанья откидных столиков, которые внезапно откидывались прямо из стен и громким голосом вещали то о еде, то о книгах, то о каких-то документах, которые на них лежат. А крики компьютера глубокой ночью: "У меня для вас сообщение, господин Чародей!" - превращали её сон в кошмары.
Однажды Фея решила прокатиться на лошади Чародея. Она и подумать не могла, что эта кобыла окажется такой дурной. А может, дрессированной? Как только Фея Забвения осторожно приблизилась к ней, присматриваясь, так она неожиданно лягнулась. Да не просто лягнулась, а подкинула старую Фею задней ногой так, что она, кувыркнувшись в воздухе через голову, очутилась прямо в седле. Но только задом наперед. Кобыла, победно заржав, взвилась на дыбы, а бедная Фея расквасила себе нос, ткнувшись в её круп, то есть зад. Целый час дурная лошадь носилась по дорожкам Синегорья. А Фея Забвения лежала на ней задом наперед, вцепившись в её хвост. Но на самом крутом повороте она всё-таки свалилась. С ржанием, похожим на злорадный смех, лошадь весело ускакала прочь. А Фея, сбив ноги в кровь, до самого вечера искала дорогу к запертому замку. Её избитое тело не могло даже взлететь.
Но однажды утром произошло сразу несколько крупных неприятностей, переполнивших чашу терпения Феи Забвения. Убегая от гирь, она подвернула ногу и скатилась вниз по лестнице, украсившись целой дюжиной синяков. Хромая и охая, она едва успела прошмыгнуть в закрывающуюся дверь. Но подол её любимого ржаво-зелёного платья накрепко остался в дверях, его пришлось оборвать. Следующая дверь прищемила ей указательный палец с волшебным ногтем! Мало этого, так она ещё и обварилась кипятком, когда услышала позади себя: "Пора в бассейн, господин Чародей". Ругаясь и размазывая слёзы по щекам, Фея Забвения доковыляла до окна, распахнула его и вылетела прочь из ненавистного замка. На прощание она послала огненную молнию из своего посиневшего волшебного ногтя, сад и замок вспыхнули ярким пламенем.

***

Фея Забвения смотрела на пламя свечи и с удовольствием вспоминала, как чудесно горел ненавистный замок Чародея. С тех пор в шкатулке воспоминаний Феи Забвения хранилась эта карта с бубновым валетом на память о заколдованном замке Чародея и о пасьянсах, которые она раскладывала, ожидая, когда откроется очередная дверь. Пусть же эта карта сгорит в пламени свечи, а вместе с ней и все эти неприятные воспоминания. Она поднесла карту к свече, и огонь уничтожил её. Наконец, погасла и свеча.
Запах подгоревшего кофе напомнил забывчивой Фее о кофейнике на огне. Она снова насыпала кофе в кофейник, залила его водой и поставила на плиту.
Но почему, почему её потревожили эти воспоминания? С этим вопросом в глазах Фея Забвения подошла к волшебному зеркалу. Её изображение растаяло, и в зеркале потемнело. Она не сразу догадалась, что видит в зеркале ночь с яркими звёздами. Такой могла быть только южная ночь. На фоне огромной золотой луны вырисовывались чёрные силуэты пальм и кипарисов. Где-то рядом дышало море. И пахло... чем-то приятным, перебивая запах подгоревшего кофе.
Фея Забвения разглядела молодую пару, которая шла по набережной, взявшись за руки. Внезапное воспоминание, словно взрыв, отбросило Фею от волшебного зеркала. Она узнала Чародея, красивого, незаколдованного и улыбающегося, рядом с Феей Ночи! Что такое? Почему?! И разговаривают они... о всякой ерунде. Фея Забвения выставила из-под шлема ухо, чтобы не пропустить ни единого слова.
- Чудесная ночь! - прошептал Чародей.
- Сказочная ночь, - вторила ему Фея Ночи. - Что за дивный запах?
- Это пахнут магнолии.
- Магнолии? Мне очень нравится их аромат.
- Хочешь, я подарю тебе на свадьбу букет из цветов магнолии?
- Да, дорогой, послезавтра...
- Послеза-автра!? - ахнула Фея Забвения. - Не бывать вашей свадьбе ни послезавтра, ни послепослезавтра, ни-ког-да! - старая Фея топнула ногой. Это не прошло ей даром. Мало того, что с потолка снова посыпалось, она ещё и сломала каблук.
Кофе снова убежал. Фея Забвения налила остатки в чашку и, хромая на сломанный каблук, вышла с нею на балкон, совсем забыв об опасности. Балкон грозился обвалиться, и она давно уже не выходила на него. Помешивая ложечкой кофе, Фея Забвения смотрела на густой туман, поднимавшийся снизу из ущелья и окутывавший замок со всех сторон, и думала о том, как разрушит их счастье. Из тумана выплывало то улыбающееся лицо Чародея, то счастливые глаза Феи Ночи, и Фея Забвения никак не могла сосредоточиться. Вдруг она вспомнила о кладовке с волшебными подарками. Она выплеснула горелый кофе вниз, и туман проглотил его. Он готов был проглотить и балкон. Но балкону, по-видимому, ещё не пришло время обвалиться.
Фея Забвения распахнула дверцы кладовки, разорвав паутину надвое. Мохнатый паук забился в щель и испуганно следил, как хозяйка копошилась в его царстве-кладовке. Не надеясь на свою дырявую память, Фея Забвения давно снабдила подарки ярлыками.
Вот бутылочка с ядом. Фея отёрла пыль с её ярлыка. У тех, кто отведает этого яда, незамедлительно вырастет длинный малиновый язык, раздвоенный на конце. Но кто ж добровольно станет пить из бутылочки, подаренной Феей Забвения?
А вот серебряный браслет в форме змеи. Фея сдунула пыль, чтобы прочитать надпись. Ага, надетая на руку, змея оживает и смертельно жалит. Это грубо. Надо что-нибудь поизящней и позабавней.
Угу, набор для рукоделия. Вон сколько иголок. Уколется молодая жена любой из этих иголок и превратится в крысу. Неплохо. Но какой-то это не свадебный подарок. Да и будет ли Фея Ночи рукодельничать? Трудно её представить за пяльцами.
О, молоток! Отбивает пальцы метко и неудержимо. Однако не то. Совсем не то.
Сбруя серебряная. Эта поможет украсть любую лошадь. Тьфу, не к добру напоминать ей о брыкливой кобыле Чародея.
"Веник-оберёг, - прочитала Фея Забвения на очередном подарке, - защитит жилище от тёмных сил". Не то.
"Царапник для котёнка. Превращает царапучего котёнка в ласкового и доброго". Фу, при чём тут какой-то котёнок! И дальше на нижних полках всё какая-то ерунда. Волшебная кастрюля, которая сама готовит. Ещё чего! Музыкальная шкатулка. Вот ещё! Перебьются. Дурацкий колпак. Забавно было бы превратить Чародея в дурака, но разве заставишь его надеть такую грубую вещь.
Наконец, в пыли под полками Фея Забвения нашла нужную вещь. Это бронзовый амурчик с луком и стрелами. Стрелами любви, как можно было бы предположить. Однако ошибётесь. На самом деле эти стрелы человека любви лишают.
Закрывая дверцы кладовки, довольная Фея заметила ещё какой-то тёмный предмет, такой изящный и заманчивый. Она получше отёрла пыль с ярлыка. Да, это тоже пригодится. "Хорошая добавочка к моему подарочку", - ехидно подумала Фея Забвения. Она сунула этот предмет в карман и отправилась в свою волшебную лабораторию.
Падавшая с потолка лепнина давно оставила от её лаборатории одни руины. Почти все склянки были перебиты, на полу и столах засохли ядовито-разноцветные пятна от их содержимого.
Ах, какой подарок приготовила Чародею Фея Забвения! Сожжённый замок покажется ему пустяками. Фея внимательно рассмотрела бронзового амурчика, этого пухленького мальчика, и заметила, какой он злобненький. И вот последнее обстоятельство Фею Забвения озадачило. Её основному подарочку не надлежало быть столь явно злобным.
Фея принялась терпеливо учить его это скрывать. Волшебным пальцем она разгладила ему сердитую складку на переносице, распрямила нахмуренные бровки. Затем она провела по его злорадно оскаленному рту, сомкнула губы и растянула их в улыбке, ткнула в щёчки пальцами, и на них заиграли ямочки. Ну, всё, её амурчик превратился в пухленькую очаровашку.
Теперь осталось бархоткой натереть его до блеска. Но это завтра, завтра. Сегодня Фея Забвения просто с ног валится. Она еле доползла до спальни и завалилась спать, не снимая самоварного шлема.
Весь следующий день Фея Забвения готовилась к предстоящей свадьбе Чародея и Феи Ночи. Сначала она до блеска надраила амурчика. Затем решила проверить, насколько метко он стреляет из лука. Это оказалось очень сложным и крайне опасным для её жизни и здоровья делом. Не успела она объяснить ему, чтобы он продемонстрировал ей своё искусство владения луком, как с потолка посыпалось. Фея взяла тряпку и снова принялась оттирать его, а про себя решила, что придётся для безопасности объясняться с ним знаками. Вдруг она почувствовала, что в грудь ей упёрся лук, и амурчик вот-вот расстреляет её в упор.
- Что ты делаешь! - взвизгнула старая Фея и мгновенно присела.
От её крика сверху посыпались куски лепнины, словно бомбы, а над её головой пронеслась стрела. Дзынь! Фее Забвения показалось, что стрела угодила во второй подарок, приготовленный ею, и от избытка чувств лишилась их вовсе, повалившись под стол.
Когда Фея Забвения очнулась, то испугалась так, как не пугалась даже в замке Чародея. Над ней стоял её бронзовый амурчик и, злобно оскалившись, целился ей прямо в сердце. Фея закричала изо всех сил и замахала руками, что и спасло её от расстрела. Ведь на левой её руке был волшебный палец с волшебным ногтем, и амурчика вместе с его луком отбросило аж до самой стены. К тому же такой небывалой силы крик вызвал и небывалые обвалы по всему замку. Тёмными тенями в панике заметались проснувшиеся летучие мыши. С потолка лаборатории свалилась даже пара кирпичей.
Когда гул обвалов затих, а пыль осела, Фея, отплёвываясь и чихая, вылезла из-под стола. На её счастье подарок оказался цел. Разбилась последняя колба, стоявшая рядом с ним. "Уф, могла бы совсем потерять память, а отделалась только испугом", - с облегчением подумала Фея Забвения, погрозила амурчику пальцем и поковыляла на кухню пить кофе.
Напившись кофе, Фея Забвения с новыми силами взялась за тренировки амурчика. Она подняла с пола лаборатории кусок штукатурки и нарисовала им на деревянной двери силуэт Чародея с сердцем в левой части груди. Знаками она объяснила амурчику, что стрелять надо прямо в сердце.
У амурчика оказалось очень развитое воображение, и он направил лук в сердце своей хозяйки. Фея замахала руками и снова стремительно присела, хотя это оказалось излишним. От волшебного ногтя амурчика сбросило со стола. Падая, он выпустил стрелу в потолок. И летучая мышь, в которую угодила стрела, замертво свалилась к ногам Феи.
Фея Забвения не без содрогания перешагнула через бедное животное и подняла злого мальчика с пола. Нашлёпав по попке, она поставила его снова на стол и стала ему знаками объяснять, что метиться надо в сердце нарисованного силуэта, а не в неё. Амурчик кивнул, злорадно улыбнулся и спустил тетиву. Стрела вонзилась в деревянное сердце нарисованного Чародея. Дверь задрожала, с треском слетела с позеленевших от времени петель и рухнула в коридор, подняв облако пыли и вызвав новые обвалы.
Больше тренировать бронзового мальчика в стрельбе из лука Фея Забвения не решилась. Она протёрла его тряпочкой, от души подёргав и покрутив ему нос и уши. Амурчик за это чуть не откусил ей палец. Фея щёлкнула ему в ответ по губам волшебным ногтем и объяснила, гримасничая, что ему надлежит улыбаться. Добившись от него подобия улыбки, Фея отвернула от себя бронзового истукана и не удержалась, чтобы не шлёпнуть его напоследок по голой попке. После таких волнений старой Фее потребовалось не меньше двух чашек кофе, а лучше три, и она удалилась на кухню. А бронзовый мальчик показал ей вслед язык.
На другой день Фея Забвения вскочила в лихорадочном возбуждении и раньше обычного. Проглотив чашку огнёвого кофе и даже не заметив, что обожгла язык, она поспешила к волшебному зеркалу.
Так, седые волосы, конечно, неприличны, их надо покрасить. В черный цвет? Или жёлтый? Оранжевый? Красный? Вишнёвый? Фиолетовый? Фея Забвения проводила рукой по поверхности зеркала, и у её изображения менялся цвет волос. Больше всего ей понравились волосы вишнёвого цвета. Не слишком светлые и не слишком тёмные, но достаточно яркие.
Фея Забвения задумалась о причёске. Взбить букли или распустить локоны? Однако старомодно. В моде прямые волосы. Но это, пожалуй, слишком просто. Фея Забвения любит экстравагантность. Поэтому она остановилась на причёске под названием "лохматый ёжик". Представьте себе ёжика вишнёвого цвета, у которого иголки торчат не гладко, одна к другой, а такими путаными клочьями и во все стороны. Не удаётся представить? Да, это не просто. А вот Фея Забвения сотворила такое, правда, пока только на изображении в зеркале.
Дошла очередь и до платья. Здесь она долго не мудрила. Фиолетово-чёрное? Траурно. Землисто-зелёное? Нет, уныло. К тому же вместе с волосами напоминает винегрет. А вот огненно-красное с ржавыми переливами, словно пламя, - это то, что надо. Ах, как оно подходит к изумительному цвету её волос! Добавим вишнёвые туфельки, и пусть Чародей укусит свой локоть с досады.
Из зеркала на Фею Забвения смотрела странная всклокоченная особа в ярком наряде, но с очень старым лицом. Фее понадобилось трижды провести рукой по зеркалу, прежде чем изображение стало достаточно моложавым.
"Ах, как хороша! Неотразима. Берегись, Чародей!" - Фея Забвения в последний раз кинула взгляд в зеркало и, схватив подарки, вылетела в окно.

***

Во дворце у Феи Ночи играла музыка. Церемония бракосочетания уже состоялась. Гости поздравляли новобрачных. Фея Забвения злорадно огляделась. Они ещё не знают, какое представление увидят сегодня вместо свадьбы. Вот прошла Фея Северного Сияния под руку с Повелителем Льдов. Фи, зазнайка! Не идёт, а выступает. А как блестит её плащ-то - глаза режет. Ха, сегодня Фея Забвения затмит и её.
Фея отвернулась к зеркалу и с трудом отыскала своё изображение. Вот это да! Её хватил столбняк. Среди элегантной публики она увидела старуху в самоварном шлеме на голове, в зелёном платье с бурыми пятнами от кофе и вырванным клоком на боку. К тому же на одной туфле был сломан каблук. Неудивительно, что остальные гости шарахались от неё.
Фея Забвения машинально провела рукой по зеркалу, но это было не волшебное зеркало, поэтому изображение не изменилось, оставаясь точно таким же, какой была она сама. Э-э-эх! Фея поняла, в чём была её промашка. Чтобы и она сама изменилась вслед за своим волшебным изображением, ей надо было утвердить его, трижды щёлкнув по волшебному зеркалу волшебным ногтем. А она это забыла, залюбовавшись собой, то есть не собой, а всего лишь изображением - плодом своей фантазии. Как она могла забыть!!! С досады Фея топнула ногой и сломала второй каблук.
"Ладно, потерпят", - махнула она рукой. С невозмутимым видом Фея Забвения сняла самоварный шлем и отдала обомлевшему лакею. Волшебным пальцем она закрутила в локоны седые пряди, подрисовала чёрные брови и красные губы. На том её туалет и закончился. Она подмигнула сама себе для бодрости и, решительно отвернувшись от зеркала, зашагала в зал, хромая на обе туфли.

***

Вернувшись со свадьбы в свой замок, Фея Забвения бросила в шкатулку воспоминаний цветок магнолии - на память. Её аттракцион удался на славу, пусть не совсем, как задумала, однако самого главного она добилась.
Фея Забвения пила кофе и с удовольствием вспоминала подробности этого дня, пока их ещё удерживала её дырявая память.
В самом начале она встретила серьёзное препятствие в лице лакея, который подхватил её тяжёлый подарок. Лакей понёс её амурчика мимо дверей зала. Видите ли, подарки велено было относить в покои хозяев, что он, лакей, и намерен был сделать. Фее Забвения пришлось очень энергично ему втолковывать, что это не обычный подарок, а украшение свадьбы, и его надлежало нести прямёхонько в зал.
Наконец, лакей сдался и передал амурчика Повелителю Огня, который случился как раз в дверях зала. И это оказалось более серьёзным препятствием. Чуть позже Фея Забвения услышала, как гости перешёптывались о готовящемся покушении на новобрачных. Якобы звёзды снова что-то накаркали об этом старине Звездочёту. А Повелитель Огня вызвался не допустить покушения. Поэтому он стоял в дверях на страже, в огненно-красной одежде, напомнившей Фее Забвения платье её мечты, в котором она собиралась сюда явиться. Этот страж порядка покрутил бедного амурчика и так, и эдак, но ничего не заметил и позволил пронести его в зал и установить на тумбе вместо вазы.
Новобрачные, Фея Ночи и Чародей, стояли в глубине зала и принимали поздравления. Церемонная Фея Северного Сияния и галантный Повелитель Льдов уже закончили свои нескончаемые реверансы и отошли от новобрачных. Следом за ними склонил седую голову Повелитель Туч.
И вдруг старик забавно подскочил - чуть пониже его спины, ну, да, в самое мягкое место, ему впилась медная стрела. Ха-ха! Фея Забвения чуть не умерла со смеху, вспоминая. Повелитель Туч выдернул стрелу и обернулся. Надо было видеть, как побагровело его лицо, как налились кровью его глаза, а из ноздрей повалил туман. "Ого, стрелы моего амурчика не просто лишают любви, но и делают человека страшно злобным", - отметила про себя Фея Забвения.
- Это так ты охраняешь свадьбу?! - загромыхал он на весь зал, обращаясь к Повелителю Огня и потрясая стрелой. Но Повелитель Огня уже спешил к амурчику. Бронзовый мальчик выпустил и в него стрелу, она угодила прямо в его красную грудь. Повелитель Огня выпучил глаза и... то, что с ним произошло, Фея Забвения не могла назвать ни одним из известных слов, но больше всего подходило слово "разъярился". Да, именно так, Повелитель Огня разъярился, словно бык на корриде. Он метал во все стороны зала громы и молнии, а из его ноздрей валил пар.
Поднялась страшная паника. Некоторые гости попадали на пол, другие устремились из зала, образовав в дверях давку. Только Фея Забвения, от души потешаясь на такое свадебное веселье, не спускала глаз с Чародея и амурчика. "Ну, давай, мой мальчик, выпусти стрелу в сердце Чародея!" - шептала она, размахивая волшебным пальцем. И амурчик послушался её. Он выпустил стрелу! Чародей единственный не терял хладнокровия в этом зале и как раз углядел амурчика. И он бросился к нему, навстречу своей стреле. Но тут произошло непредвиденное. Перед ним оказался коротенький старикашка Звездочет, и он тоже семенил к амурчику, путаясь в полах своей мантии. И стрела вонзилась в его высоченный колпак, украшенный звёздами. Чародею она не досталась!
Амурчик вытащил из колчаника ещё одну стрелу и хотел было прицелиться. Но подоспевший Чародей одной рукой выхватил у амурчика стрелу, а другой схватил и его самого. Ах, беда-то какая! Но ещё не катастрофа.
Пока Чародей боролся с амурчиком, Фея Забвения позаботилась о Фее Ночи. А она, оказывается, лежала без чувств. Она, оказывается, такая не-ежная! Фея Забвения достала из кармана тёмный флакончик и дала ей понюхать. Фея Ночи, вздохнула, захлопала своими длинными ресницами, открыв глаза, и вскинула свои брови-дуги.
- Мама, что происходит?
На что Фея Забвения с материнской улыбкой отвечала:
- Дитя моё, мы играем в лапту. Вставай, поиграй вместе с нами.
Фея Ночи захлопала в ладоши и вскочила, словно маленькая девочка. Довольная Фея Забвения улыбнулась и подняла с пола оброненный Феей Ночи букет магнолий.
Тем временем Чародею каким-то образом удалось превратить амурчика в бронзовый слиток. Гости потихоньку приходили в себя, поднимались с пола, потирая бока. Дело, однако, было сделано так, как сделано. И дальше оно могло принять неприятный для Феи Забвения оборот. Настал момент для финала. Фея Забвения любила эффектный финал. Она вскочила на подоконник и крикнула на весь зал:
- Это мой подарок новобрачным!
И, перед тем как вылететь в окно, она артистично помахала на прощанье букетом магнолий и послала воздушный поцелуй.
Фея Забвения не забыла и ещё одну важную вещь. Прежде чем направиться в свой замок, она залетела в распахнутое окно спальни и что-то там сделала.

***

Антошка по прозвищу Завирака стоял у доски и решал задачку, чирикая мелом. Вдруг в классе послышались какие-то сигналы.
- Что это такое?! - грозно спросила Алла Сергеевна. - Я просила вас отключать телефоны на уроки. У кого звонит?
Ребята оглядывались, пожимая плечами. Каждый надеялся, что хозяин мобильника сообразит поскорей отключить его. Но кто же это был такой заторможенный? Сигналы всё продолжали раздаваться. Алла Сергеевна пошла на звук и остановилась у Антошкиной парты.
- Это твой телефон? - сверкнула учительница на Антошку взглядом.
- Да у меня и вовсе нет мобильника, - вытаращил Антошка честные голубые глаза.
- Так из твоего рюкзака звонит.
Антошкин сосед по парте Серёжка припал ухом к его рюкзаку и кивнул, выпятив нижнюю губу.
- Да не может быть, - Антошка подскочил к своему рюкзаку и широко распахнул его. - Вот посмотрите, нет у меня мо...
Антошка остолбенел, не договорив. В рюкзаке светился голубоватым светом, пульсировал и подавал сигналы магический шар! Антошка схватил его и выскочил в коридор. Алла Сергеевна только рот успела раскрыть.
Вглядевшись в магический шар, Антошка увидел в нём взволнованное лицо Чародея.
- Антоша, срочно нужна твоя помощь, - сказал он.
- Окей, я готов, - отозвался Антошка.
Открыв дверь, возмущённая Алла Сергеевна уже никого в коридоре не увидела.

***

А Антошка в тот же миг уже был на знакомом крыльце дворца Феи Ночи под проливным дождём. Чародей распахнул перед ним дверь. Погода была просто жуть, и Антошка как можно быстрей прошмыгнул во дворец. Снаружи, в небе, затянутом лиловыми тучами, беспрестанно гремел гром, сверкали молнии, одна другой злее. Дождь тёк по стёклам сплошным шумным потоком, раскаты грома оглушали, сотрясая даже стены дворца.
Чародей, хоть и не заколдованный, а красивый, был очень печальным, однако не таким угнетённым, каким его запомнил Антошка, а собранным и энергичным. Он поведал Антошке о том, как Фея Забвения расстроила свадьбу и оставила ему две беды. Бронзовые стрелы подаренного ею амурчика сделали Повелителя Туч и Повелителя Огня очень злыми. Они теперь носят по небу невиданно тёмные тучи, мечут небывалые громы и молнии. Ужасная гроза, которую они устроили, длится уже третьи сутки. Но самое страшное в том, что и с Феей Ночи случилась беда. Она совсем потеряла память, словно превратилась в маленькую девочку. Про таких говорят, "впала в детство". Однако Чародей не может сейчас заняться её излечением, пока не найдёт противоядия для повелителей.
- Ещё сутки таких ливней и такой грозы принесут небывалые бедствия: наводнения, пожары, разрушения. Этого никак нельзя допустить, - сказал Чародей. - Может быть, ты, Антоша, придумаешь, как излечить Фею Ночи, пока я занимаюсь повелителями?
Антошка в другой ситуации на подобную просьбу мог бы ответить, мол, откуда ему такое знать. Но Чародей был такой уставший, с тёмными кругами под глазами. Бросить его в беде он никак не мог. К тому же, Антошка очень любил Фею Ночи и хотел ей помочь. Потому он сказал:
- Я подумаю, я постараюсь.
- Вот и хорошо, - улыбнулся Чародей. - Сначала заглянем в зимний сад к Фее Ночи.
В дверях зимнего сада они столкнулись со Звездочётом. Добрый старичок выходил из зимнего сада и выглядел каким-то потерянным.
- Ну, как она? - спросил Чародей.
- Болезнь прогрессирует, - вздохнул Звездочёт. Он, словно фокусник, вытянул из широкого рукава скатерть, синюю в золотых звёздах, и принялся вытирать ею навернувшиеся слёзы.
- Не расстраивайтесь, господин Звездочёт, - попытался успокоить его Чародей. - Лучше взгляните, кого я вызвал на помощь.
- Здравствуйте, господин Звездочёт! - радостно приветствовал его Антошка.
- Здравствуйте, молодой человек, - сдержанно отвечал старичок.
- Разве вы меня не узнаёте? - опешил Антошка.
Звездочёт похлопал мокрыми глазками и виновато пожал плечиками.
- Я Антошка Завирака. Ну, вспомнили?
- Очень приятно. - Звездочёт протёр скатертью очки, надел их и пристально посмотрел на Антошку. - Нет, что-то не припомню. Извините, мне пора.
И старичок засеменил прочь по коридору. Антошке оставалось только пожать плечами.
- Мы все здесь стали какими-то забывчивыми, - вздохнул Чародей и открыл дверь в зимний сад.
Фея Ночи стояла у мольберта и рисовала разноцветную радугу. Увидев Чародея с Антошкой, Фея очень обрадовалась. Она вытерла испачканную красками руку, прямо о коротенькое платьице в оборочках, и протянула её Антошке.
- Здравствуй, как тебя зовут? - спросила она.
- Антошка Завирака, - ответил Антошка в надежде, что она вспомнит его.
- Ой, какая смешная фамилия, - засмеялась Фея Ночи. - А я Маленькая Фея.
- Нет, вы Фея Ночи, - возразил Антошка. - Разве вы меня не помните?
- Нет, - покачала Фея Ночи торчащими косичками, и до Антошки донёсся резкий аромат её духов. Только он один и не вязался с обликом Маленькой Феи.
- Ну, как же! Помните, я был у вас под Новый год, по предсказанию Старой Камбалы? Тогда мы ещё раскрыли заговор Шарлатана.
- Шарлатана? - наморщила лоб Фея Ночи. - А Старая Камбала - это ещё кто такая?
- Ну, вспомните, это придворная предсказательница царя Нептуна, такая старая, в серо-фиолетовой мантии. Вспомнили?
- Н-нет, - покрутила Фея Ночи головой, снова покачав косичками. - И не называй меня на "вы", - капризно добавила она, надув губы. - Я всего лишь Маленькая Фея. А когда я вырасту и научусь придумывать сны, то только тогда и стану Феей Ночи. Я буду сочинять только цветные сны и дарить их людям. Но для этого мне надо чаще играть в саду среди цветов и бабочек, под ярким солнцем. Но солнца всё нет и нет, а Чародей мне только обещает хорошую погоду. А я здесь скучаю.
- Не капризничай, моя Фея, - сказал Чародей с нотками строгости и любви в голосе. - Ты знаешь, что я целыми днями и ночами занимаюсь погодой. Вот увидишь, скоро выглянет солнышко, надо только немножко потерпеть.
- Только не долго, - согласилась Фея. - Антошка, ты поиграешь со мной? Чародей сделал мне здесь, в зимнем саду, песочницу. Давай вместе строить замок из песка.
Антошка в растерянности взглянул на Чародея.
- Антошка - мой помощник. Без него мне не справиться, - выручил Чародей.
- У, как жаль! А я-то обрадовалась! - обиделась Фея Ночи.
- Но мы скоро закончим, моя Фея, - Чародей поцеловал её в лоб и подмигнул ей. - А сейчас нам надо поработать. Чтобы снова засияло солнышко.
Выходя из зимнего сада, Чародей и Антошка опять столкнулись в дверях со Звездочётом. Он схватил Антошкину руку, принялся её лихорадочно трясти и приговаривать:
- Антоша Завирака! Как же я не узнал вас! Как я рад вас снова видеть! Тем более в такое трудное время!
Странное дело, Антошка никак не мог вспомнить, когда его не узнал Звездочёт. Он совсем не помнил, что они только что встречались.
- Я на вас так надеюсь, так надеюсь! - причитал Звездочёт. - Вы нам поможете! Выручите из беды... Я видел вашу звезду ещё раньше, когда всё было благополучно. Она мне сказала, что вы, вы всегда что-нибудь сумеете придумать, даже в безвыходной ситуации.
- Постараюсь, я обязательно постараюсь, - пообещал Антошка, взяв его руку в обе свои ладошки.
Вдруг Звездочёт взвизгнул, вырвал свою руку из Антошкиных рук и ухватился за колпак, который принялся подпрыгивать у него на голове.
- Господин Чародей, - запричитал Звездочёт, - этот колпак, он стал просто сумасшедшим, после того как в него попала стрела. Мало того, что в нём дырка, так он ведёт себя, как только ему заблагорассудится. Вот посмотрите, что он вытворяет. Вот... вот, - колпак подпрыгивал и крутился у него на голове, словно живой и голодный зверь, изгибаясь и извиваясь во все стороны. - Он не даёт мне теперь спокойно работать!
Чародей схватился за колпак.
- Так давайте выкинем его.
- О, горе! - вскричал Звездочёт и ещё крепче уцепился за колпак. - Где вы видели Звездочёта без колпака!?
- Во дворце Маленькой Феи, - рассеянно отвечал Чародей, снимая с него колпак.
- Да, горе нам, горе, - причитал Звездочёт, приглаживая реденькие серебряные волосики. - Здесь больше не дворец Феи Ночи, а дворец Маленькой Феи. А потому здесь - горе. И Звездочёт... без колпака.
- Разве у вас нет другого колпака? - спросил Антошка.
- В том-то и дело, что я занимался только звёздами. А о моих колпаках и мантиях заботилась Фея Ночи, - всхлипнул Звездочёт. - Но Маленькая Фея не помнит, где мои запасные колпаки.
Звездочёт снова достал из рукава скатерть и вытер ею навернувшиеся слёзы.
- Давайте сделаем вам из этой скатерти чалму, предложил Антошка.
- Это не скатерть, а мой носовой платок, - слегка обиженно объяснил Звездочёт. - Очень нужная вещь во дворце у бедной Маленькой Феи, - слёзы брызнули из его глаз ручьями, и Звездочёт принялся вытирать их.
Всё это время Чародей напряжённо думал о чём-то своём и, наконец, просияв, воскликнул:
- Если мои чары подействуют на ваш колпак, то они смогут подействовать и на Повелителя Огня, и на Повелителя Туч! Ваш колпак поможет мне! - и огромными шагами Чародей понёсся по коридору дворца, неся дёргающийся колпак перед собой на вытянутых руках.
Звездочёт перестал всхлипывать и, заморгав ему вслед мокрыми глазками, пролепетал:
- О, если Чародей угомонит Повелителей, то я смогу увидеть звёзды! И они, возможно, поведают мне что-нибудь очень важное. - Звездочёт протёр скатертью очки и надел их на нос, всхлипнув последний раз.
Чародей уже скрылся где-то в недрах дворца, а Звездочёт, успокоившись, пустился в воспоминания, вцепившись в рукав Антошкиной куртки.
- О, молодой человек, звёзды могут сказать очень многое. Надо только знать их язык. Именно звёзды предупредили меня о готовящемся покушении на свадьбе. Они сказали мне: "Горе может прилететь на свадьбу на кончике стрелы". Мы собрали большой совет повелителей. Все подумали на Повелителя Огня. Если он развеселится, взмахнёт руками, то огненные стрелы полетят от его рук во все стороны, и может случиться пожар. Повелитель Огня страшно обиделся и утверждал, что он на такое не способен. А чтобы никто не беспокоился на его счёт, он обещал и вовсе не веселиться. Он вызвался охранять свадьбу. И вот, - Звездочёт выразительно вздохнул, - теперь надлежит сначала укротить нрав Повелителя Огня и Повелителя Туч. Только после этого мы сможем заниматься основной нашей бедой - болезнью Феи Ночи, - Звездочёт снова вздохнул. - Всё потому, что пока на небе по их милости, то есть злости, идёт такая страшная гроза, я не могу разглядеть звёзды даже в телескоп. Кроме того, мы опасаемся, что эти страшные молнии вызовут пожары, а ливни - всевозможные наводнения и оползни. Остальные повелители трудятся не покладая рук, чтобы не допустить больших бед. Повелитель Льдов изо всех сил сдерживает айсберги, чтобы они не дрейфовали в те районы, где их не ждут. В противном случае могут произойти их столкновения с кораблями. А вы знаете, что такое айсберги?
- Читал, - ответил Антошка. - Это плавающие ледяные горы.
- Огромные горы - вот в чём секрет. И эти горы - под водой. А на поверхности моря - всего лишь маленькие островки. С корабля их и не заметишь. Но если такой островок налетит на корабль, то перевернётся и... кораблю несдобровать.
- Да, я это видел, в фильме про "Титаник", - кивнул Антошка.
- А Повелитель Гор, - продолжал Звездочёт, - опасается оползней и наводнений в горах. Они могут стереть с лица земли целые селения. Там тоже много дел. Так что нашими бедами занимается один только Чародей. Помогите же ему, Антоша. А я... О, я с вами заболтался, Антоша! Я стал в последнее время такой забывчивый! Такой забывчивый! Вот было и вас не узнал. Так о чём же я? А, вспомнил! Я могу, пока идёт эта гроза, перечитывать древние манускрипты о прежних предсказаниях в надежде найти в них хоть что-нибудь нам полезное. Это не так уж много, но лучше, чем ничего. Так не покажете ли вы мне, как сделать из этой скатерти, то есть носового платка, чалму? Впрочем, это может быть действительно скатерть, надо было бы спросить у Фея Ночи, но увы... Я стал такой забывчивый!
- Сам я, правда, никогда не пробовал делать чалму, - засмущался Антошка. - Но что-то всегда приходится делать впервые в жизни.
Он вспомнил, как мама после ванной накручивала на голову полотенце, и изобразил подобное на голове у Звездочёта. Получилось вполне прилично, и Звездочёт, поглядевшись в зеркало, пробормотал:
- Всё ж не такой жалкий и маленький, как безо всего.
Перед тем как удалиться в свою башню с обсерваторией, Звездочёт проводил Антошку в кабинет к Чародею, который о нём совсем забыл, погрузившись в изучение новой загадки.
Что за кабинет был у Чародея! У каждой его стены было как бы по специальному кабинету.
У одной из стен, по-видимому, располагалась магическая лаборатория. Здесь на стеллажах стояло бесчисленное количество колбочек, реторт, пробирок и баночек. В них бурлили и пенились разноцветные жидкости.
Соседняя стена представляла собой сплошную панель со встроенными в неё странными приборами. Их назначения Антошка даже не мог предположить. Они неутомимо мерцали, жужжали, показывали какие-то цифры и знаки на дисплеях или отдыхали.
На стеллажах у третьей стены стоял целый лес кристаллов разных размеров, форм и цветов, наверное, магических. Это была такая завораживающая коллекция, от которой было трудно отвести взгляд.
Четвёртая стена, у которой и стоял с раскрытым ртом вошедший Антошка, представляла собой магическую библиотеку. В шкафах и слева, и справа от него теснились старинные магические книги, от огромных фолиантов в кожаных переплётах, до маленьких книжечек.
Посреди кабинета находился круглый стол. В самом центре стола, на алмазной звезде, стоял колпак Звездочёта. Над ним парил большой магический шар. Чародей посыпал колпак то одним порошком, то другим, то третьим из разноцветных баночек и шептал непонятные слова. Колпак перестал дёргаться, словно успокоившись.
Наконец, Чародей обернулся к Антошке и сказал:
- Через некоторое время мы узнаем, подействовали мои чары на заколдованный колпак или нужно прибегнуть к другим средствам. Извини, что я тебя бросил. Я так увлёкся новой идеей, что забыл обо всём на свете.
Тут картина на стене, на которой были изображены непонятные знаки, откинулась, превратившись в полочку, и возвестила монотонным голосом:
- Ваш кофе, господин Чародей.
Чародей хлопнул себя по лбу.
- Антошка, да ты же есть хочешь! Какой же я негостеприимный! Совсем забыл накормить гостя. Такой забывчивый стал! Я-то сам и есть не могу, пока с бедой не справлюсь. И Звездочёт тоже. Только слегка за работой перекусываем.
- Да не, я не хочу, - заотнекивался Антошка.
Чародей взял его за руку.
- И не возражай. Пойдём на кухню, я тебя накормлю, пока есть время. Чтобы потом не отвлекаться. А то после не до этого будет.
На огромной кухне Чародей превратился в заправского повара, ловко колдуя над продуктами, кастрюлей и сковородкой.
- Так, - сказал он через пару минут, - добавим магию, и всё будет готово, - он посыпал в сковородку из жёлтого пакетика, а в кастрюлю - из бордового.
И действительно, запахло готовым борщом и жарким, да так вкусно, что у Антошки проснулся аппетит.
- Я уволил всю прислугу, - сказал Чародей, разливая борщ по тарелкам.
- Всех-всех? - удивился Антошка, вспоминая, как много лакеев было у Феи Ночи под Новый год.
- Не совсем всех, - отвечал Чародей. - Больных и старых поселил в левом крыле дворца. Там всё для их удобства предусмотрено.
- И как вы без них обходитесь?
- Как видишь, - указал Чародей на накрытый стол.
- И что, Фея Ночи тоже будет стоять у плиты?
- Ни за что на свете! - подскочил Чародей. - Она же Фея! Ты вслушайся в это слово, Антоша, - "Фе-я". В нём - вся её неземная воздушность и возвышенность. Это дуновение ветерка, полёт мотылька, шорох листьев, аромат цветов. К тому же Фея Ночи очень занятая. Днём она придумывает сны, чтобы разнести их ночью людям. А ещё - связь с повелителями и магами. Так что для неё - вот это.
Чародей щёлкнул пальцами, и в столовую вкатился небольшой столик на колёсиках, подавая весёлые пикающие сигналы. На нём блестела серебряной крышкой нарядная супница. Вскоре в столовую вбежала Маленькая Фея. Трудно было бы назвать её Феей Ночи - настолько она не походила на неё.
- Борщ и жаркое не хочу. Я буду есть из волшебной супницы, - заявила Маленькая Фея, усевшись на стул и болтая ногами.
- А руки моя Фея вымыла? - поинтересовался Чародей.
- А как же! - Фея протянула ему руки ладошками вверх.
Столик подкатился к Фее, она положила обе ладошки на крышку супницы и на мгновение задумалась, подняв глаза к потолку.
- Хочу абрикосовый компот, - выпалила она и, открыв крышку, заглянула в супницу. - Фи, почему здесь суп? - сморщила она носик.
- Потому что умная супница не угощает компотом тех, кто не ел вначале супа.
Половник в супнице зашевелился и, взлетев, аккуратно налил Фее в тарелку супа. Фея вздохнула и взялась за ложку, а Чародей подмигнул Антошке.
- У нас и другие волшебные роботы тоже умные.
За обедом Чародей, Маленькая Фея и Антошка весело болтали, смеялись, и им было вместе так хорошо, что они забыли обо всём на свете. Чародей наготовил ещё миску фруктового салата из всевозможных экзотических фруктов. Затем они все трое напились абрикосового компота и съели много разноцветного мороженого. Наконец, Маленькая Фея убежала строить замок из песка. И только после этого Чародей вспомнил о колпаке.
- Как же я мог забыть! - хлопнул он себя по лбу и бросился в кабинет.
Антошка еле поспевал за ним. Когда они влетели в кабинет, колпак Звездочёта на столе рычал и подпрыгивал. На краях его дыры выросли клыки, и он страшно лязгал ими. Чародей с досады треснул кулаком по столу.
- Теперь всё надо начинать сначала. Эксперимент не удался. И всё из-за моей забывчивости!
Он посыпал на края дыры порошками из тех же баночек, что и до обеда. Антошка запомнил их, потому что они стояли особо на круглом столе. Но колпак на сей раз никак не прореагировал.
Продолжая колдовать над колпаком, Чародей щёлкнул дважды пальцами, и в кабинет вкатилась странная чёрная матрёшка Антошке по плечо.
- Робот Дворецкий по вашему приказанию прибыл, - проговорила матрёшка механическим басом.
Чародей, не оборачиваясь, указал Дворецкому на Антошку. Матрёшка повернулась и подкатилась к Антошке. Оказалось, у неё и лицо было нарисовано мужское, под стать голосу. А на белой манишке красовалась чёрная бабочка - такой этот Дворецкий был элегантный.
- Робот Дворецкий к вашим услугам, - важно молвил он. - Как прикажете к вам обращаться?
- Антон, - тоже заважничал Антошка.
- Я всё знаю, всё умею, всё покажу, провожу, - сказал робот.
- Всё-всё? - удивился Антошка.
- Всё, что находится во дворце, что касается дворца, - исправился робот. - Обращайтесь ко мне по любому вопросу, с любой проблемой.
Чародей погрозил ему пальцем.
- И вовсе я не хвастаюсь, - отреагировал робот. - Я тут самый главный, я...
Чародей снова погрозил роботу.
- Умолкаю. Сворачиваюсь. До первого зова,... - и он как бы развинтился. Его корпус разделился на несколько колец, они завращались каждый в разные стороны. Через мгновение робот превратился в миску, с несколькими кольцами внутри и крышечкой сверху.
- Как только он тебе понадобится, щёлкнешь два раза пальцами, - проинструктировал Чародей, не отрываясь от исследований.
Антошка тоже хотел сосредоточиться, но его отвлекал робот в виде миски у его ног. Чародей же рассматривал колпак через большой голубой кристалл, несомненно, магический. Затем он перешёл к химической лаборатории и там принялся искать какие-то реактивы или порошки, всё время сам себе приговаривая:
- Ну, как же я это забыл! И вот это сразу не вспомнил. Что же я стал таким забывчивым!
Вдруг у Антошки в голове шевельнулась какая-то мысль. Он поспешил ухватить её за хвост, пока она не ускользнула, и принялся рассматривать со всех сторон. Итак, что-то слишком часто в этом дворце в последнее время стали забывать. Вспомнить хотя бы Звездочёта. Ведь он вначале не узнал Антошку! Или вот Чародей. Антошка здесь чуть более часа. И сколько раз за это время Чародей пожаловался на свою забывчивость!
Так может, Фея Ночи заразна? А что тут удивительного, если её болезнь - подарок Феи Забвения. Однако это предположение можно считать верным только при одном условии - если провалы в памяти появляются после общения с Феей Ночи. А так ли это?
Итак, когда Звездочёт не узнал Антошку? Когда выходил от Феи Ночи. Когда Чародей забыл об Антошке? Опять после разговора с Феей Ночи. А за обедом? Да они оба, и Чародей, и Антошка, забыли обо всём на свете!
И если забывчивость Феи Ночи заразна, то она не может не действовать и на него самого. А он виделся с ней не только за обедом, но и в зимнем саду. Почему же тогда... Но как же, как же! Он тогда не мог вспомнить, о чём говорил Звездочёт, где они виделись, а тот его не узнал! А теперь всё это прекрасно помнит.
Всё сходится! Значит, Фея Ночи действительно заразна. Но стоит некоторое время не видеться с ней, как забывчивость проходит. Вот ведь Звездочёт после бросился к Антошке с воспоминаниями. Оказалось, что он всё прекрасно помнит. Да и Чародей схватил колпак и убежал, совсем забыв об Антошке. А после извинялся. И извинялся, что забыл его накормить. Нет, Антошка совсем не думал, что это так уж обязательно, но Чародей был другого мнения, однако забыл.
Так что же, не видеться с Феей Ночи? Но это не выход. Именно её и надо непременно вылечить. Что же делать? Антошка огляделся в кабинете, и взгляд его остановился на магической библиотеке.
Может, в этих умных магических книгах найдётся какая-нибудь подсказка? Антошка принялся перечитывать названия на корешках книг.
Вот "Магическая химия и жизнь", а это "Магические кристаллы". Но это не подходит. Антошкино внимание привлёк самый большой и затёртый фолиант "Уроки магии". Но на эти уроки у него нет времени. А вот две одинаковые книжки, два тома: "Магия и время" и "Время магии". Но тоже не о том. И "Магия красоты" ему тоже не нужна.
Наконец, Антошка нашёл, что искал. "Магические ответы на непростые вопросы" - прочитал он. Может, в этой книжище он найдёт ответ и на свой вопрос?
Антошка перенёс тяжёлый фолиант в сафьяновом переплёте на письменный стол и расстегнул пряжку, украшенную драгоценными камнями. На первой же странице книги он прочитал в рамке:
"Напишите свой вопрос".
Антошка приметил на столе старинную чернильницу с гусиным пером. Писать, похоже, придётся этим пером. Не беда. Антошка в Тридевятом царстве таким пером целую царскую грамоту нацарапал. Главное, как попонятней написать. Может, так: "Чем лечить Фею Ночи?"
Вдруг Чернильница на письменном столе всплеснула бронзовыми руками и сварливо воскликнула:
- Разве так задают вопрос в магической книге! Вы не указали ни названия болезни, ни её причины!
Антошка от неожиданности даже отскочил. Чернильница же, уперев свои руки в фиолетовые бока, строго сверлила его глазками, ожидая ответа. Антошка собрался с мыслями и объяснил:
- Фея Ночи потеряла память и впала в детство. А заколдовала её Фея Забвения.
- Теперь понятно! - фыркнула Чернильница.
Одной рукой она перевернула к себе книгу, другой вытащила гусиное перо и размашисто записала, диктуя вслух:
"Чем излечить от потери памяти Фею Ночи, заколдованную Феей Забвения?"
Как только Чернильница поставила вопросительный знак, книга зашелестела жёлтыми страницами с золотым обрезом и раскрылась на странице 672. Антошка прочитал:
"Ищите ответ в книге "Аромомагия".
Забыв поблагодарить Чернильницу, Антошка бросился к книжным шкафам. "Аромомагию" отыскал он не сразу. Книжонка оказалась невзрачной и пряталась на верхней полке. Похоже, ею никто во дворце никогда не интересовался.
Антошка пробежал глазами оглавление и нашёл раздел "Недуги". Список их был внушительным. Наконец, он отыскал и потерю памяти и раскрыл соответствующую страницу.
"Стойкую потерю памяти, - прочитал он, - вызывает аромат семи растений, произрастающих в долине Забвения. Собрав при полной луне, их заливают на восходе солнца соком фиолетового кактуса пополам с отваром мохнатого кактуса и выдерживают в течение семи месяцев. С годами их действие только усиливается".
Антошка не без удивления прочитал и список диковинных растений: забудка белая, цветок папоротника перепончатого, змеевик чешуйчатый, дурман серебристый, душица необыкновенная, болиголов долговязый, мята болотная.
Для поддержания эффекта рекомендовалось "регулярно воздействовать ароматом на избранную персону". Как только улетучивался аромат духов, память возвращалась.
Антошка возликовал: такое простое лечение!
Новая мысль блеснула в его голове, словно молния. Так вот почему провалы в памяти у него, Звездочёта и Чародея проходят, а у Феи Ночи - нет. Видимо, она душится волшебными духами каждый день. Антошке вспомнился их неприятный аромат.
- Дворецкий! - шёпотом, чтобы не мешать Чародею, позвал Антошка, хотя в этот момент ему больше всего хотелось громко крикнуть: "Эврика!"
- Робот Дворецкий к вашим услугам, - у его ног снова выросла чёрная матрёшка и даже слегка взлетела от усердия.
- Принесите махровое полотенце, - попросил Антошка.
Вжик - робот исчез. Вжик - появился снова с полотенцем. Антошка завязал полотенце на затылке, закрыв им рот и нос.
- А теперь проводите меня в комнату Феи Ночи, - скомандовал он.
- Следуйте за мной, господин Антон, - робот выкатился в коридор и покатился впереди Антошки. - Которая из комнат Феи Ночи вас интересует: спальня, кабинет, художественная мастерская или архив?
- Ну, пожалуй, мастерская и кабинет отпадают, - рассуждал вслух Антошка. - А что такое архив?
- В архиве хранятся сны, когда-либо придуманные Феей Ночи.
- А может ли Фея хранить там свои духи?
- Исключено. В архиве идеальный порядок. К тому же, став Маленькой Феей, она туда не заглядывает. А что касается духов, то они в спальне на туалетном столике.
- Ведите меня прямо туда.
На пороге спальни Феи Ночи Антошка замер в изумлении. Несомненно, это была спальня Маленькой Феи. Со всех сторон: с нарядной кровати, с кресел и стульев, с подоконников и столика- на него глядели выразительными пластмассовыми глазами разноцветные мягкие игрушки. Перешагивая через плюшевых мишек и слонов, Антошка приблизился к туалетному столику. На нём в аккуратном порядке стояло бесчисленное множество миниатюрных заек, кисок, собачек, гномиков и барышень в пышных нарядах. Среди всей этой пестроты отыскался и тёмный флакончик духов с серебряной пробкой в виде бутона и белым цветком на этикетке цвета южной ночи. "Магнолия" - прочитал Антошка их название.
- Дворецкий, принесите мне перчатки, - попросил Антошка.
- Резиновые хозяйственные или хирургические? Хлопчатобумажные рабочие или кожаные? - занудливо уточнил робот.
- Пожалуй, хирургические.
Вжик, вжик - и Дворецкий протянул ему перчатки.
- А ещё полиэтиленовый пакет, - отдал Антошка новое приказание, как только пришла ему в голову новая мысль.
- Большой пакет-авоську с ручками или маленький прозрачный?
- Маленький.
"Как здорово, что Чародей заменил лакеев роботами", - порадовался Антошка, натягивая перчатки. Разве смог бы он вот так гонять чопорного лакея? Не успел Антошка об этом подумать, как Дворецкий протянул ему пакет.
Антошка взял тёмный флакон, потуже затянул его пробку, положил в пакет и крепко зажал его верх в кулаке. На всякий случай он огляделся, но нигде не найдя никаких других духов или парфюмерии, вернулся в кабинет.
Чародей был весь в работе. Он лишь кивнул Антошке на стул у письменного стола. Антошка завязал край пакета узлом и осторожно поставил его на стол. После этого стянул и полотенце на шею.
Колпак Звездочёта уже вёл себя вполне прилично, то есть он просто стоял на столе, как и положено неодушевлённой вещи. И самое главное, прямо на Антошкиных глазах затягивалась на нём и дырка, от страшных клыков не оставалось и следа. Чародей внимательно изучал место, на котором только что была дыра, рассматривая его через магический кристалл. Наконец он отложил кристалл. Похоже, своими наблюдениями он остался доволен.
Чародей улыбнулся Антошке, следившему за ним во все глаза, и перешёл к магической химлаборатории. Здесь он принялся отсыпать из различных баночек микроскопические порции каких-то порошков и взвешивать их на весах. Затем он высыпал порошки в двухлитровый сосуд и, размешивая их в голубой жидкости, прошептал заклинания. Сосуд запотел, а из него повалил голубой туман.
Наконец, Чародей разлил содержимое в два больших стакана поровну и весело подмигнул Антошке.
- Приступим к излечению повелителей.
Чародей достал из кармана свой магический шар и поднёс к губам.
- Повелитель Огня! Повелитель Огня! - позвал он, но ответа не последовало.
Тогда Чародей взял большой магический шар и снова вызвал Повелителя Огня.
Сердитая рыжая голова Повелителя Огня появилась в магическом шаре.
- Госпожа Фея Ночи? А, Чародей, это вы? Что с Феей Ночи?
- Срочно к нам. Фея Ночи больна.
- Как больна?! Вы где, в кабинете? Распахните пошире окно. Сейчас буду.
Не успел Чародей раскрыть окно, как по небу загрохотала огненная колесница, и вскоре Повелитель Огня в развивающейся красной мантии осадил коней и заглянул в кабинет. Трудно было узнать весельчака Повелителя Огня, глядя на его перекошенное злобой лицо. Казалось, даже его рыжие пряди волос и бороды зло шипят и шевелятся, словно змеи на голове у Медузы Горгоны, а его сердитые глаза сами метают молнии во все стороны.
- Фея Ночи больна! Как вы могли такое допустить! - набросился он на Чародея, не обращая внимания на Антошку. - Как же вы не уследили! - грохнул он кулачищем о подоконник.
- Мы все не уследили. Все виноваты. Помните переполох на свадьбе?
- Что же делать, Чародей? - гаркнул он.
- Фее Ночи нужен покой и хорошая погода.
- Но я сам не могу успокоиться, Чародей! Тем более после такого известия, - Повелитель Огня в сердцах метнул молнию в ближайшую липу, расщепив её надвое.
- Я помогу вам. Вот лекарство, примите, - Чародей протянул ему стакан.
- Так бы сразу и сказали! Что за церемонии! Давайте его скорее!
Повелитель Огня схватил стакан и залпом выпил содержимое.
- Уф! Словно заново родился! Что за наваждение было!
Повелитель Огня провёл огромной ладонью по своему лицу, и его лицо приобрело прежнее выражение. Он впрыгнул в кабинет и, заметив Антошку, обрадовался ему.
- Завирака! - крикнул он. - Как я рад тебя видеть!
- Здрасьте, - скромно отвечал Антошка из своего уголочка.
- Ну, раз вы Антошку пригласили, стало быть, дела совсем плохи?- перевёл Повелитель Огня встревоженный взгляд на Чародея. - Что, Фея Ночи тяжело больна?
- Она потеряла память и впала в детство. Но мы с Антошей не можем приступить к её лечению, пока не стихнет ураган.
- Но это уже не я, а Повелитель Туч ураганит!
Чародей взялся за большой магический шар.
- Зовите, зовите этого старого озорника, - подбадривал его Повелитель Огня. - Ишь, разбушевался!
- Повелитель Туч! Повелитель Туч! - позвал Чародей.
Косматая голова Повелителя Туч появилась в большом магическом шаре.
- Чародей? Не мешайте, я занят! - рявкнул Повелитель Туч.
- Господин Повелитель, очень прошу вас прибыть во дворец, - сказал Чародей, подозвав жестом Повелителя Огня и Антошку.
Увидев их троих вместе, Повелитель Туч побледнел и крикнул:
- Вы в кабинете? Уже лечу!
Что тут началось! За окном засвистело, потемнело, ураган усилился. Расщепленная липа пригнулась чуть ли не до самой земли. Склянки химлаборатории нервно задрожали и зазвенели. Забытая на письменном столе книга "Аромомагия" залистала страницами. Но Чародей взмахом руки установил в кабинете странное затишье при открытом настежь окне.
Долго ждать виновника урагана не пришлось. У самого окна повисла тёмная грозовая туча, а на ней восседал Повелитель Туч с развевающейся седой бородой.
- Слушай, старина, - обратился к нему Повелитель Огня, - кончай ураган, - Фея Ночи больна и ждёт солнышка.
- Рад бы кончить, да не знаю, как. Я что-то не в себе, - прорычал Повелитель Туч.
- Вот лекарство, - протянул Чародей второй стакан. - Оно поможет.
- Что так мало? - возмутился Повелитель Туч. - Во мне так много злости!
- У меня злости не меньше было, - заверил его Повелитель Огня, - а мне сразу помогло.
Повелитель Туч недобро глянул на него, но осушил стакан.
- Что со мной было? - спросил он, возвращая стакан Чародею.
- Подарок Феи Забвения, - отвечал Чародей. - Разве вы не помните? Она и Фею Ночи заколдовала.
- Да я словно ума лишился, - тряхнул Повелитель Туч косматой головой. - Ну, спасибо, Чародей, спасли меня. А что с Феей Ночи?
- Она потеряла память.
- Ну, берегись, старая ведьма! Я её замок по камушку разметаю!
- Лучше разгоните тучи. А лечением Феи Ночи мы с Антошей сами займёмся, - попросил Чародей.
Ураган хоть и стих, но тучи, словно тысячи серых перин, плотно сомкнулись на небе и не желали пропускать солнечные лучи. Повелитель Туч покачал головой.
- Придётся самому их разгонять. Без этого прохвоста Ветра тружусь один, не покладая рук. Ну, возвращаюсь на хозяйство. Дайте знать о выздоровлении Феи Ночи! - крикнул он последние слова уже из-за туч.
- И мне пора, - заторопился Повелитель Огня.
Он свистнул, и колесница уже была у окна. Повелитель Огня ловко перепрыгнул в неё и, разбирая поводья, объяснил:
- Надо срочно проверить, что я лишнего поджечь умудрился, и вызвать Повелителя Туч с дождиком. Нет, нет, мы не зальём снова всю землю - только над пожарами, чтоб их потушить. Жду весточек о здоровье Феи Ночи. Передайте ей привет! - крикнул он, удаляясь.
- Ну, что у тебя? - взглянул Чародей на Антошку.
- Находка, - Антошка показал ему пакет с духами.
- Давай-ка их сюда, а я включу на всякий случай вытяжку.
В этот момент в кабинет вбежала Маленькая Фея.
- Чародей, посмотри, что случилось с моей любимой липой! - указала она за окно.
Тут она заметила свои духи.
- Антошка, откуда у тебя мои духи? - удивилась она.
Антошка запоздало и неловко спрятал их у себя за спиной.
- Да ты, оказывается, вор! - крикнула она тоном детсадовской ябеды. - Чародей, у него мои духи!
- Нет, - решительно возразил Антошка, - это духи Феи Забвения, вернее, от Феи Забвения. К ним нельзя прикасаться, от них пропадает память!
Вдруг в распахнутом окне появился огромный светящийся шар. Шаровая молния - догадался Антошка. Чародей прижал к себе Маленькую Фею, чтобы она не сделала какого-нибудь движения. Все замерли, боясь пошевелиться. С тихим треском и злобным шипением шар вкатился в комнату и завис над Антошкиной головой так близко, что затрещали и зашевелились его волосы. Антошка приготовился к самому худшему, но шаровая молния раздумала взрываться у него на голове, а скользнула ниже и остановилась на пакете с флаконом у него в руке.
Но Чародей уже шептал какие-то заклинания, и потянувшим сквозняком шар плавно вынесло в открытое окно. Чародей с Антошкой бросились закрывать рамы, но в то же мгновение шаровая молния всё-таки взорвалась, наткнувшись на расщепленную липу. Бедное дерево вспыхнуло, словно факел.
Антошку отбросило взрывом к противоположной стенке, и он больно ударился затылком о стеллаж. Последнее, что он видел перед тем, как потерять сознание, это Чародей, пытавшийся закрыть окно. Так и не сумев это сделать, он тоже упал на пол без чувств.

***

Когда Антошка открыл глаза, в кабинете было темно. Над ним стоял Чародей, его силуэт чётко вырисовывался на фоне звёздного неба за окном, и он тряс его за плечо.
- Что у тебя болит? - спросил он застонавшего Антошку.
- Голова, затылок.
Чародей провёл ладонью по затылку, и боль стихла.
- Ты всё помнишь, что случилось?
- Вроде, да.
- Ну, легко отделались, всего лишь восемь часов без чувств пролежали, - пошутил Чародей. - Похоже, и это был подарок Феи Забвения.
- Да-а?
- Мы это обязательно проверим.
- Интересно, как?
- Увидишь.
- А что с Феей Ночи? - вскочил Антошка.
- Думаю, скоро тоже придёт в себя. Окно так и осталось открытым, зато кабинет хорошо проветрился. Именно это, я думаю, нас и спасло.
В кабинет через распахнутое окно заглядывала ясная звёздная ночь. Пахло свежестью и сырой травой.
Где-то в темноте кабинета, действительно, вздохнула и зашевелилась Фея. Чародей поспешил к ней.
- Как ты себя чувствуешь, моя Фея? - заботливо спросил он.
- Тут болит и тут тоже, и вот здесь, - жаловалась Фея.
Чародей, похоже, погладил ушибленные места.
- А теперь?
- Теперь не болит, но ничего не видно, - продолжала капризничать Маленькая Фея.
- Потерпи немного, это короткое замыкание, свет скоро будет. Главное, что с тобой всё в порядке. Ты всё помнишь, что произошло?
- Да, светящийся шар...
- Стойте! - вдруг крикнул Антошка. - Я где-то уронил духи. Не наступите на них!
Антошка принялся осторожно шарить руками по полу вокруг себя. Чародей, как подумалось Антошке, делал то же самое. Но оказалось, Чародей, ощупывая руками пол, добрался до своих приборов и включил автономное освещение. Антошка сразу увидел духи. Флакон оказался цел и невредим.
- Уф, пронесло, - выдохнул он. - Могли бы лишиться памяти и навсегда.
- И это мы узнаем, давай их сюда,- кивнул Чародей. - Только автономного освещения для исследований будет недостаточно.
Чародей дважды щёлкнул пальцами, и Дворецкий вырос, словно из-под земли.
- Робот Дворецкий к вашим услугам.
- Передайте роботу-электрику срочно ликвидировать последствия короткого замыкания, - скомандовал Чародей.
Вжик - робот исчез. Вжик - появился снова.
- Ваше приказание передал, господин Чародей. Робот-электрик приступил к работе.
Ожидая нормального напряжения в сети, Чародей расспрашивал Антошку, почему он решил, что эти духи колдовские. Антошка изложил все свои соображения и всё, что он узнал из магических книг. Маленькая Фея внимательно прислушивалась к их разговору, но, похоже, не верила им.
Наконец, стрелка вольтметра скакнула вправо и указала 220 вольт. Все даже зажмурились от яркого света, когда он вспыхнул.
Прежде чем достать духи из пакета, Чародей включил вытяжку, натянул перчатки и раздал респираторы. Антошка скинул махровое полотенце, болтавшееся на шее. Респиратор, конечно, намного эффективнее. Чародей проверил, как они надели респираторы, и только после этого развязал пакет. Он поставил флакон в какой-то прибор, отдалённо напоминавший микроволновку, и закрыл дверцу, плотно завинтив её. "Ретро", - прочитал Антошка гравировку на его медной табличке.
Чародей разрешил снять респираторы и долго нажимал на пульте какие-то кнопки. Наконец, ожил дисплей этого прибора, и они увидели на нём Антошку, с лицом, по самые глаза закутанным в махровое полотенце. Почему-то пятясь задом наперед, он принёс духи в спальню Маленькой Феи, поставил на туалетный столик и, так же пятясь, удалился. Экран померк.
Чародей пощёлкал кнопками, и они увидели на нём Маленькую Фею. Напевая и пританцовывая перед зеркалом, она душилась этими духами. И так повторялось несколько раз с небольшими изменениями - Маленькая Фея была в разных платьицах и напевала разные песенки. Экран снова потемнел.
Чародей нажал что-то на пульте, и появилась Фея Забвения с седыми растрёпанными волосами и в мятом платье. Она задом наперед влетела в спальню через окно и забрала знакомый флакон. Одним взмахом руки она разметала по опустевшему туалетному столику пузырьки и баночки всевозможной парфюмерии, вытряхнув их из своего ридикюля. Затем, пятясь, она вылетела в окно. Экран погас и снова ожил.
На этот раз они увидели Фею Забвения в её разгромленной лаборатории. Она сидела за пыльным столом и любовалась тем же самым флаконом. Вдруг вокруг неё образовалось облако пыли, и оно взлетело на потолок, превратившись в побелку. Фея Забвения что-то сказала. Но поскольку слова звучали задом наперед, никто ничего не понял.
Чародей нажал всего лишь две кнопки, но одновременно, и зазвучала хвастливая речь Феи Забвения: "Какую чудесную этикетку я изготовила! Как, однако, я умна и талантлива! А Чародей меня не оценил. Ну, тем хуже для Чародея! Уж какие подарки я ему приготовила к свадьбе! Сожжённый замок ему покажется пустячком".
Затем, высунув от усердия язык, Фея Забвения сидела за пыльным столом и трудилась над этикеткой на флаконе. Она царапала по нему волшебным ногтем, и вполне фирменная синяя этикетка с белым цветком в уголке становилась всё хуже и хуже и, наконец, превратилась в желтоватый от времени картонный ярлык. "Запах этих духов избавит человека от памяти", - было написано на нём.
Фея Забвения подошла задом наперед к кладовке, неся духи и бронзового амурчика под мышкой. Вдруг от её самоварного шлема взлетели на потолок куски штукатурки. Все догадались, что она снова что-то сказала, и Чародей быстро переключил её речь. "Да, для некоторых персон память - вещь ненужная и обременительная. Надо помочь им от неё избавиться", - хихикнула Фея Забвения. Затем она почитала надпись на ярлыке и провела рукой по тёмному флакону, покрыв его пылью. Она поставила духи в уголок, амурчика - под нижней полкой, долго рылась на других полках и, наконец, закрыла дверцы кладовки. А мохнатый паук повис на страже, соединив края разорванной паутины.
После длительных переключений и манипуляций Чародея на экране снова была Фея Забвения. Выставив руку в окно, она дула на ладошку, словно сдувая пушинку. И на её волшебный ноготь медленно прилетел страшный огненный шар.
- Мы проследили события вспять, - объяснил Чародей, отключая экран. - Всем всё понятно, или восстановить их в хронологическом порядке?
- Ещё раз смотреть кино про злую Фею Забвения? Не хочу, - ответила Маленькая Фея.
- Всё понятно, - отозвался Антошка. - Наши догадки подтвердились.
- Ну, что, моя Фея, ты узнала свои духи?
- Да.
- Ты поняла, что этими духами пользоваться нельзя?
- Поняла, я от них потеряю память, - кивнула Фея.
- И не только это, - Чародей посмотрел в её глаза серьёзно и очень значительно. - Ты уже потеряла память. Ты не Маленькая Фея, а Фея Ночи. Ты забыла почти всю свою жизнь.
Маленькая Фея вскочила и попятилась, пока не наткнулась на круглый стол в центре кабинета. Тогда она обернулась к Антошке. В её карих глазах плескалось недоумение.
- Что он такое говорит?
- Одну только правду, - развёл руками Антошка.
- И ты тоже видел меня взрослой феей?
- Конечно. Ты, то есть вы, были Феей Ночи, настоящей хозяйкой этого дворца. Под Новый год вы провели во дворце слёт магов, созвали всех повелителей и Старую Камбалу, придворную предсказательницу Нептуна.
Фея тряхнула косичками.
- Ничего не помню. Так что, мне теперь придётся лечиться? Но я не люблю горькие таблетки, я боюсь уколов!
- Тебе не нужны ни таблетки, ни уколы, - успокоил её Чародей.
Он нажал кнопку "уничтожить", и духи в аппарате "ретро" бесследно исчезли.
- Это был первый шаг к твоему выздоровлению. А теперь второй. - Он вызвал робота Дворецкого. - Хорошо проветрите спальню Феи Ночи, смените постельное бельё, полотенца и всё, что может хранить запах её последних духов. А также приготовьте ванну для госпожи.
Робот исчез и вскоре явился за Феей. Чародей и Антошка пожелали ей спокойной ночи и скорейшего выздоровления.
Когда она ушла, Чародей взялся за книгу "Аромомагия". Антошка спросил его:
- Как вы думаете, Чародей, сколько времени понадобится Фее Ночи для окончательного выздоровления?
Чародей пожал плечами.
- Трудно сказать. Главное, чтобы этот процесс начался. И хорошо бы уже с завтрашнего дня. Я вот о чём думаю, Антоша, почему Фея Забвения сделала именно этикетку с цветком магнолии? Откуда она узнала, что Фея Ночи обожала аромат этих цветов?
- Вы говорите, обожала аромат магнолий?
- Да, но духи и близко не напоминали эти цветы.
- Ещё бы! - засмеялся Антошка. - Вот почитайте, что это была за колдовская смесь. - Антошка указал Чародею на заложенную страницу.
Чародей пробежал глазами список трав и прочитал вслух:
- "Собрать при полной луне", - да это может сделать только настоящая колдунья!
Оба замолчали. Вдруг Антошку осенило.
- А что, если... - вскрикнул он, - если помочь Фее Ночи выздороветь настоящим ароматом магнолии? Ведь запахи так хорошо умеют напоминать прошлое!
- Это мысль! - просиял Чародей. - Спасибо за идею. Ну, ты приляг отдохнуть, глубокая ночь уже. А я слетаю на юг за букетом магнолий.
- Как слетаете? - Антошка вытаращил глаза.
- Как обычно летают, на самолёте. Не на метле же, - засмеялся Чародей.
Он проводил Антошку в спальню для гостей, пожелал ему вместо счастливых снов спокойного сна, ведь снов в эти дни болезни Феи Ночи не видел никто. Когда Антошкины веки сами собой сомкнулись, невдалеке взревел взлетающий самолёт.
Утром Чародей, уставший, но весёлый, разбудил Антошку.
- Умывайся и пойдём завтракать, - скомандовал он.
Когда они завтракали и болтали, вспоминая волнения и маленькие победы вчерашнего дня, в столовую вдруг вошла Фея Ночи. Да, это была не Маленькая Фея, а именно Фея Ночи в красивом пеньюаре, с золотой диадемой в виде месяца в пышных чёрных волосах и букетом магнолий в руке. Она поздоровалась и сказала:
- Представляете, я видела страшный сон. Будто злая Фея Забвения подсунула мне волшебные духи, чтобы я всё-всё забыла. И я превратилась в Маленькую Фею. От ужаса я проснулась и увидела букеты магнолий, расставленные по всей спальне, и даже на подушке. Дорогой, как замечательно, что ты подарил мне мои любимые цветы.
Фея Ночи поднесла букет к лицу, вдыхая его аромат, и внимательно посмотрела на Чародея. И вдруг её красивые брови взлетели вверх.
- Так это был не сон? - вскрикнула она.
- К сожалению, нет, моя Фея, - ответил Чародей, и в его усталых глазах светилась огромная радость. - Но всё уже позади.
- Не называй меня "моя Фея", - попросила Фея Ночи, - это напоминает мне мою болезнь. Называй, как прежде, "дорогая".
- Да, дорогая, - согласился Чародей и поцеловал её.
- Ура! - крикнул Антошка, выкинув руку вверх, и весело рассмеялся, запрыгав от радости.
Засмеялась и Фея Ночи, и Чародей.
- Мы победили! - воскликнул Чародей, обняв Фею и Антошку.

***

Фея Забвения в своём старом замке тоже вскрикнула. Её крик обернулся настоящей катастрофой. Со стены, вместе с гвоздём и куском штукатурки, рухнуло волшебное зеркало. Фея Забвения тупо смотрела на осколки, валявшиеся у её ног в туфлях со сломанными каблуками, и никак не могла взять в толк, как же она могла так сплоховать.
Выходит, зря она завязала на драном подоле своего платья огромный узел, который напоминал ей следить по волшебному зеркалу, как обстоят дела во дворце у Феи Ночи. И дела шли просто замечательно! Но вот появился этот рыжий мальчишка, сгрёб духи в пакет и принёс в кабинет к Чародею. Фея Забвения и тут не растерялась - послала шаровую молнию, призванную обеспечить полную и пожизненную потерю памяти у всего живого во дворце. И шаровая молния действительно достигла флакончика с колдовскими духами, где ей и следовало взорваться. Ну и как можно было сдержаться и не вскрикнуть от злости, увидев в волшебном зеркале, после стольких усилий, эти три смеющиеся физиономии!
Мало того, она теперь осталась и без волшебного зеркала! А это было её всё! Без него она ничего не узнает, не вспомнит и даже не нарядится. Что за жизнь её ждёт! Да не жизнь, а беспросветное прозябание. Фея Забвения готова была с досады рвать свои седые волосы. Но с тех пор, как свой чудесный самоварный шлем она оставила в гардеробной у Феи Ночи, её голову прикрывала тяжёлая фарфоровая супница. Она-то и спасла её волосы от экзекуции.
Фея Забвения просто задохнулась от злости. Чтобы глотнуть свежего воздуха, остыть и привести свои мысли в порядок, она решилась выйти на балкон. Но не успела она занести ногу через порог, чтобы ступить на него, как балкон обрушился в ущелье. Фея Забвения слушала грохот камней, падающих в туманную пропасть, и в её голове под супницей шевельнулась дельная мысль.

***

Как здорово провёл Антошка последний день у Феи Ночи! Чародей объявил, что у них сегодня праздник и Антошка - их желанный гость. Они пригласили на праздник и повелителей судеб. Те порадовались выздоровлению Феи Ночи, но явиться во дворец пока не могли. Уж очень много бед натворил ураган, и всюду требовалась их помощь. Повелитель Туч и Повелитель Огня прислали поздравления в виде радуги и улыбающегося облачка-смайлика. Антошка сразу догадался, кто какое поздравление прислал.
После маленькой пирушки Фея Ночи, Чародей и Антошка прогулялись по дивному парку у дворца, наслаждаясь прекрасной погодой, диковинными цветами и растениями. Под окном они посадили молодую липу взамен той, что сожгла шаровая молния. Звездочёт приветствовал их из своей башни-обсерватории салютом из хлопушек, а затем выпустил в небо целую сотню разноцветных воздушных шариков. Но больше всего поразил Антошку сюрприз Чародея - прогулка на катере по реке, причудливо петлявшей по волшебному лесу, между скал и гротов с дикими животными, редкостными птицами и сказочными чудищами по берегам.
Антошка не торопился возвращаться. Он знал, что Чародей вернёт его в тот же день и час, и в тоже место. Чародей так и сделал. Но на этот раз, по просьбе самого Антошки, вернул на мгновение раньше.
Так что получилось довольно комично. Алла Сергеевна выглядывала в коридор и никого там не увидела. Недоумённо пожав плечами, она вернулась в класс. И тут она остановилась, словно парализованная. Антошка стоял у доски и заканчивал решать задачку.
- Антон, - сказала Алла Сергеевна, не совсем осознавая происходящее и что она говорит, - ты должен быть там, - указала Алла Сергеевна на дверь.
- Алла Сергеевна, - вытаращил Антошка честные голубые глаза, - вы меня выгоняете? За что-о?
- Нет, не выгоняю, - спохватилась Алла Сергеевна.
Она приложила одну руку к виску, другой схватилась за сердце и, с трудом доковыляв до стола, плюхнулась на стул.
- Я не понимаю, - пролепетала она.
- Как, Алла Сергеевна? Не понимаете задачку? Но я её решил. Вот ответ, всё сходится. Объяснить?
- Садись. "Пять",- махнула рукой Алла Сергеевна. - Я что-то плохо себя чувствую, ребята. Поработайте самостоятельно над оставшимися номерами, - еле проговорила она.
"Ну, вроде, пронесло", - облегчённо вздохнул Антошка. А с ребятами, что смотрели на него со всех сторон, раскрыв рты, предстоит ещё объясняться, на перемене. Ну, как обычно, смеяться будут, Завиракой обзовут. Что поделать! Поклялся же он Нептуну при всех его придворных, царевне и предсказательнице Старой Камбале говорить только правду!
Но беда всё-таки пришла, да тогда, когда Антошка её уже не ждал. Алла Сергеевна, отдохнув и поразмыслив в домашней тишине и покое, на другой день с глазу на глаз задала Антошке некоторые вопросы, на которые ему пришлось дать честные ответы. Именно из-за своей давней клятвы.
И вот он стоял, переминаясь с ноги на ногу, на знаменитом директорском ковре, а за приставным столиком сидели Алла Сергеевна и смущённые его родители.
- Итак, Алла Сергеевна, - молвил директор, важно поправив очки, - вы утверждаете, что у Антона в рюкзаке на уроке звонил мобильный телефон в форме шарика, что он выбежал без спросу в коридор разговаривать по телефону, а потом вдруг оказался позади вас у доски?
- Да, утверждаю.
- Что скажешь ты, Антон Завиракин?
- Он не Завиракин. Сидоровы мы, - поправил папа.
- Ну, Сидоров, это правда было так?
- Да, так, - сник Антошка от поставленного в лоб вопроса.
- Но у него нет мобильного телефона! - восстал папа за справедливость, а мама поддакнула.
- Это так? - директор перевёл строгий взгляд на Антошку
- Так.
- И так - так, и эдак - тоже так, - хмыкнул директор. - Ну, а что же у тебя звонило в рюкзаке?
- Магический шар, - потерянно отвечал Антошка, заложник своей клятвы.
- Магический шар? - приподнялся в кресле директор.
Родители переглянулись.
- Именно так он и мне говорил, - возмущённо покачала головой Алла Сергеевна и строго поджала губы.
- И ты нам можешь показать сей загадочный магический шар? - спросил директор и протянул руку.
Антошка нащупал в кармане брюк свой магический шар.

***

В тот же миг кабинет директора исчез с глаз долой, и Антошка оказался в каком-то пыльном полуразрушенном помещении.
Перед ним, уперев кулачки в худые бока, стояла Фея Забвения. Антошка сразу узнал её, хотя на голове у неё вместо самоварного шлема красовалась массивная супница.
Фея Забвения мотнула перед его носом длинным когтистым пальцем, и Антошка оказался крепко связанным.
- Значит так, волшебник, - сказала она свистящим шёпотом, - отпущу тебя только после того, как ты отремонтируешь мой замок.
- Я не волшебник! - дёрнулся Антошка в своих путах, а они оказались ещё к чему-то крепко привязаны.
От его возмущённого крика сверху посыпалась штукатурка.
- Что ж, тебе видней, - развела Фея Забвения худенькими ручками. - Но мне о тебе всё известно. По крайней мере, ты архитектор. Бабе Яге избушку починил, сделал ей чудо-самоварное отопление, - загибала она пальцы. - А Фее Ночи зал переделал и весь дворец.
- Это не я, а Чародей.
- А ты, значит, помогал. Я всё знаю. Это ты своей дружбой расколдовал Чародею, - она постучала по супнице пальцем, - мозги. И если б не это, то Фея Ночи никогда б не улыбнулась ему, а значит, не расколдовала бы его лицо. Все мои старания оказались напрасны! И всё из-за тебя. И то, как ты мои духи вычислил, мне тоже известно. Так что берегись! - повысила она голос. - Твоя жизнь в обмен на мой замок!
С потолка в ответ на её крик посыпались куски покрупней. Фея Забвения нахлобучила Антошке на голову медный таз для варенья.
- Живи покуда.
- Но я ничего не могу поделать с твоим замком один, без Чародея!
- Вызывай хоть Чародея, хоть чёрта в помощники, - великодушно разрешила Фея Забвения. - У тебя же есть магический шар. Ты только что хотел его директору показать.
"Ах ты, старая ведьма", - подумал Антошка, а вслух потребовал развязать его.
Фея Забвения лишь слегка ослабила путы, так что Антошка смог достать магический шар и вызвать Чародея.
- Что случилось? - встревожено спросил Чародей.
- Фея Забвения взяла меня в заложники. Выручайте!
- Уже, уже! - отвечал Чародей и в тот же миг оказался рядом с Антошкой.
Фея Забвения ойкнула и отступила на шаг, когда Чародей образовался между ней и Антошкой.
- Вот что, старая ведьма, - сказал Чародей, наступая на неё, и от громовых раскатов его голоса штукатурка зашлёпала по тазу и супнице кусками, но на него не попадало ни одного, - мне ничего не стоит освободить этого ребёнка, а тебя вместе с твоим замком отправить на дно Затерянного ущелья.
- В таком случае, Чародеюшка, - к Фее Забвения вернулось её самообладание, - мы отправимся в ущелье вместе с ним. Потому как он завязан не простым узлом, а волшебным. И развяжу я его в обмен на новый замок и новое волшебное зеркало. Кроме того, поскольку я особа непростых кровей, попрошу обращаться ко мне на "вы" - "госпожа Фея", - с достоинством молвила она, вздёрнув подбородок.
- Ещё какие будут приказания? - спросил Чародей не без иронии и склонился над Антошкиными путами. - Ничего, и не такие узлы распутывал, справлюсь и с этими.
- Чародей, - шепнул ему Антошка, - может, выполнить её просьбы, только с условием?
И Антошка ещё тише что-то зашептал Чародею на ухо. Фея Забвения выставила ухо из-под супницы, но так ничего и не расслышала.
- Ладно, - повернулся к Фее Чародей, - выполним мы ваши требования. Только выбирайте сами, госпожа Фея, что вам нужней, новый замок над ущельем или домик у леса. Если вы в новом замке только задумаете какую-либо злую каверзу, то он рухнет в ущелье.
- А домик куда рухнет?
- Да никуда. Некуда ему рухнуть.
- В таком случае, выбираю домик. И волшебное зеркало не забудьте.
- Всенепременно. А вы, госпожа Фея, освободите моего помощника. Без него я не справлюсь.
- Уж маленький домик, Чародей, вы как-нибудь осилите и в одиночку. А без заложника мне не увидеть даже жалкой хижины.
Весь этот разговор сопровождался бесконечным осыпанием остатков лепнины и штукатурки. Так что к концу Чародей стал похож на седого старика, а Фея Забвения - на жареный хворост в сахарной пудре.
- Смотрите, чтоб с Антошкиной головы и волосинки не упало, пока я строю, - наказал Фее Чародей.
- Стряхну с него все пылинки - сиять будет, - отвечала Фея Забвения.
- К утру готовьтесь к новоселью, - Чародей исчез, подмигнув Антошке.
Фея Забвения сжалилась над Антошкой и привязала его на ночь к кровати, так что он смог вздремнуть.
На другой день, не успела Фея Забвения поделиться с Антошкой своим утренним кофе, как прибыл Чародей на каком-то бесшумном, должно быть, волшебном, вертолёте. Впрочем, если бы вертолёт шумел и грохотал, то от старого замка осталось бы лишь облако пыли над ущельем.
Взмахом руки Чародей собрал волшебное зеркало из осколков, взял его под мышку и позвал в дорогу. Фея Забвения, освободив Антошку, повесила на руку свой неизменный ридикюль, подхватила своё самое дорогое - шкатулку воспоминаний и кофейник. Она покидала свой старый замок последней, словно капитан свой тонущий корабль. Как только она закрыла за собой ветхую входную дверь и ступила на ступеньку, старый замок за её спиной с грохотом обвалился.
Фея Забвения от неожиданности выронила кофейник и шкатулку из рук. И ужас! Вопреки закону физики о силе тяжести кофейник и шкатулка сделали сальто над её головой и полетели в ущелье вслед за замком.
Фея Забвения так и замерла на одной ножке, не в силах опустить другую. А за её спиной ещё долго падали, рассыпаясь в прах, древние камни Забытого замка, любимый кофейник и реликвии из её шкатулки воспоминаний - её прошлое, все её каверзы. Нелегко в одночасье проститься со своим прошлым, а в одно мгновение - тем более. И даже когда они достигли дна ущелья, эхо ещё долго гудело и громыхало, перекатываясь с горы на гору. Эхо словно заколдовала Фею Забвения, и она никак не могла сдвинуться с места.
Чародею и Антошке пришлось заносить её в волшебный вертолёт. Как только они справились с этим нелёгким делом, вертолёт взмыл над туманным Затерянным ущельем. Но вскоре и оно осталось позади, в прошлом Феи Забвения, и вертолёт уже кружил над лесом. Симпатичный домик с красной крышей сразу понравился Антошке, как только он увидел его из вертолёта.
На Фею Забвения же новый домик не произвёл никакого впечатления. Она безучастно оглядела его комнаты, всё повторяя себе какие-то слова, беззвучно шевеля губами.
Антошка же искренне воскликнул:
- Такой чудесный домик! Госпожа Фея, вы можете разбить подле него садик, завести кошку или собачку, чтоб веселей жить и было с кем по грибы ходить.
Фея Забвения взглянула на Антошку, потом на Чародея и, разжав тонкие губы, произнесла вслух то, что бормотала про себя:
- О, горе мне, горе! Как же я буду жить без кофе! Мой кофейник на дне ущелья.
- Без кофе не останетесь, - заверил её Чародей. - Идите сюда, госпожа Фея, - он повёл её на кухню, словно безжизненную куклу.
- Что это за робот?! - испугалась Фея Забвения, указывая на какой-то агрегат шоколадного цвета.
- Это кофемолка с кофеваркой, - объяснил Чародей. - Нажмёте кнопку, вот здесь, и кофе сам смелется и сварится.
- Так бы сразу и сказали! - обрадовалась Фея Забвения.
- Сюрпризы делаются под конец.
- Ну, нажимайте же кнопку!
Чародей включил кофемолку и поспешил откланяться. Антошка сделал старой Фее ручкой. И они с радостью покинули её домик. Вскоре их вертолёт исчез за лесом.
- Ну, теперь она перестанет вредничать, - сказал Антошка, - вот увидите! Я как-то помог Бабе Яге, и она стала такой доброй - просто не узнать.
- Будем надеяться, - подмигнул Чародей. - Ну, и как на сей раз тебя возвращать, в тот же миг или чуть раньше?
- Чародей, - замялся Антошка, - у меня проблемы с директором.
- Не волнуйся и ничего не бойся, Антоша. Всё будет хорошо, - успокоил его Чародей и вернул его в директорский кабинет в тот же самый миг, когда Антошка протянул директору магический шар.

***

Директор покатал его на ладошке и засмеялся, словно увидев старого знакомого.
- Знаете, - сказал директор, - в детстве я жил около стекольного завода. Там работали мои родители, а также родители всех соседских ребят. И у каждого ребёнка на нашей улице были такие же стеклянные шарики. Как мы с ними только ни играли! Как мы их только ни называли! И волшебными шариками, и магическими шариками, и драгоценными.
Директор вернул Антошке магический шар. Родители, глядя на него, как бы оттаяли. А директор спросил:
- Так ты, Антон, и про Фей, и про Чародея Алле Сергеевне рассказывал?
- Да, - Антошка опустил глаза.
- Он и нам про них рассказывал, - вставила мама, - и про Бабу Ягу, и про Змея Горыныча.
- И ты им всем помогал, да? - спросил директор.
- Да.
- Всё понятно, - кивнул директор. - Ну, ты иди, Сидоров. Да смотри, на уроках больше не заигрывайся! - ласково погрозил он ему пальцем.
- Ну, что ж, Алла Сергеевна, - продолжал директор, когда Антошка закрыл за собой дверь, - это же современный ребёнок. Кино и видео, фэнтези и компьютер - всё это чрезвычайно развивает фантазию детей. Надо же понимать новое поколение и ценить такую неординарную личность. Я вас тоже понимаю, Алла Сергеевна. Ваша епархия - математика, точные науки да логика. Но ведь он и по вашим предметам успевает, - директор ткнул пальцем в оценки в журнале. - Такой ребёнок и не должен укладываться в чёткие схемы. Обратите внимание, - директор ободряюще взглянул на родителей, - у него есть стремление помогать!
- Но как же, как же он оказался у меня за спиной? - задала Алла Сергеевна свой коварный вопрос.
- Хм, Алла Сергеевна, голубушка, а вы разве очки не теряете? - спросил её директор. - Я вот, бывает, положу их на стол, а потом найти не могу. Глядь, а они уже где-нибудь в кармане или на тумбочке.
- А я свои очки всё на лбу нахожу, - развела руками Алла Сергеевна.
- И я тоже! - засмеялся папа.
- Ну, нам ли утверждать, что живой ребёнок, а не безногие очки, вдруг не там оказался, где мы его искали!
Директор долго ещё читал лекцию повеселевшим родителям и воспрянувшей духом Алле Сергеевне о том, как надо обращаться с современными детьми, у которых развита творческая фантазия.
Антошка же сразу понял, что гроза миновала, и, достав магический шар, поблагодарил Чародея. И тот, как обычно, подмигнул ему в ответ. А Фея Ночи за плечом Чародея помахала Антошке рукой.

***

Тем временем Фея Забвения, сняв тяжёлую супницу с головы, напилась кофе, достала из чудом уцелевшего ридикюля колоду карт и раскладывала пасьянс, с удовольствием размышляя вслух:
- Разбить садик? Завести кошку? Или лучше собачку? Или сначала принарядиться?
Фея Забвения заметила, что не хватает одной карты - бубнового валета. Отсутствующая карта напомнила ей о Чародее. Зацепившись мыслью за Чародея, она вспомнила о волшебном зеркале и решила всё-таки принарядиться. Фея Забвения подошла к волшебному зеркалу, провела по его поверхности рукой и отшатнулась. Из зеркала на неё глядел Чародей.
- Последний мой сюрприз, госпожа Фея, - сказал он. - Если вы задумаете какую-либо новую каверзу, то волшебная кофеварка попросту исчезнет.
- Нет, только не это! - в ужасе воскликнула Фея Забвения.
- Вот и прекрасно, - улыбнулся Чародей. - Кстати, у вас пропал бубновый валет? Возьмите и больше обо мне не вспоминайте. - Чародей протянул ей из зеркала недостающую карту.

***

На этом приключения Антошки Завираки не кончаются!


<<< Список произведений автора 
 Просмотры произведения (864) 
Форма комментированияСказки

 
 
 
 
Copyright © 2010-2018 — "Кенгуренок" Все права на материалы, находящиеся на сайте m-kenga.ru, принадлежат их авторам и охраняются в соответствии с действующим законодательством, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта гиперссылка на m-kenga.ru обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администрации сайта.