Классическая пейзажная лирика   Современная пейзажная лирика   Галерея пейзажей   Пейзажная лирика   Антология пейзажной лирики   Каталог литературных сайтов Новости сайта  
 
 
 
 
 
 
 

Колесова Людмила«Сказ о том, как разбойник Юрас царицу ограбил»

Билибин Иван - Иллюстрация к былине «Вольга»
Билибин Иван
Иллюстрация к былине «Вольга»

Легенды и сказки Калужского бора

В дупле раскидистого дуба, что растёт в Калужском бору, жил-был старый филин Филат. Однажды он сидел, как обычно, в своём плетёном кресле и, нацепив очки на крючковатый нос, что-то писал в огромную тетрадь. В уголочке на пуховой перинке скучал его внучек Филимошка.
Ночью Филимошке было весело: старый Филат его на охоту брал. А при свете солнца Филимошка, как и все филины, видел плохо. Вот и приходилось весь день в сумраке гнезда томиться. А летом дни такие длинные! Не мог же Филимошка спать день-деньской. Потому и приставал он к деду с расспросами:
- Что ты, дедуля, всё пишешь?
- Записываю всё, что интересного на днях в бору видел и слышал, - пробубнил Филат, продолжая царапать пёрышком по бумаге.
- А зачем? - Филимошка вскочил со своей перинки и подсел поближе к деду.
Филат свесил очки на самый кончик крючковатого носа и перевёл свой взгляд на внука.
- Чтоб потомки узнали, что в наше время в бору происходило. Такой обычай положили ещё наши предки-филины. Потому нам теперь многое об их стародавних временах известно. Даже такое, о чём и люди не знают.
- Да что ты говоришь! - взмахнул Филимошка крылышками. - И о чём же люди не знают?
- Хотя бы о том, как царицу Екатерину II по дороге в Калугу ограбили. Живёт в народе легенда, что разбойничал в бору атаман Юрас со товарищи, то есть с шайкой своей, и будто однажды напали разбойники на саму императрицу и, охрану её одолев, ограбили. Вот какой дерзкий да отчаянный был Юрас! - с ехидцей закончил Филат.
- А что, деда, разве не так? - разочарованно протянул Филимошка.
- Так-то оно так, да не эдак, - покачал Филат отвисшими щеками. - Старый Филин Ухтом, предок наш, сам всё видел и слышал да вот в эту книгу записал, как оно было, - воткнув своё пёрышко в чернильницу, достал Филат с полки старинную рукописную книгу, сдул с неё пыль, отёр крылом и прочитал: "Летопись Калужского бора. Век осьмнадцатый."
- Почитай мне, дедуля, что там про Юраса написано! - запрыгал Филимошка от нетерпения.
- Языком тут старинным писано - тебе трудно слушать будет, - Филат отложил книгу. - Уж я тебе лучше своими словами перескажу.
Итак, в году 1775, в декабре месяце, прибыла в Калугу императрица Екатерина II со своею свитою пышной.
- А по дороге её разбойники ограбили?
- Именно так люди нынче и считают. Но забыли они о том, что путь её в Калугу из Тулы пролегал. Так что проехать через бор она никак не могла.
- А почему?
- Потому что Тула от Калуги к востоку лежит, а наш сосновый бор - с противоположной стороны, то есть с запада. Правда, так уж петляли раньше дороги, что въезжала Екатерина в город через Московские ворота. Построили их специально для её встречи на северной окраине. Но прибыла она в город благополучно. Встречу ей пышную устроили, в палаты самые богатые проводили.
Слух о приезде царицы и по бору прокатился. Обычно разбойники здесь без оглядки хозяйничали. И всяк с опаской через бор проезжал: купчина ли жирный, дворянин ли родовитый, да и сам воевода не раз от них откупался. Сосну поперёк дороги завалят и затаятся. Дождутся, когда лошади у завала встанут, и, маски нацепив, вихрем налетают. Топорик к виску: "Жизнь или кошелёк?" Обомлевший путешественник и со всем своим добром расстаться рад, лишь бы живым отпустили.
Но как прошёл слух, что сама царица-императрица в город пожаловала, а до него рукой подать - вон он, на горке, то засела шайка в чаще дремучей, в снегах глубоких, словно и не было её. С особами царскими шутки плохи. Это и дерзкий атаман Юрас понимал.
На другой день по приезду царицы донёсся до разбойников из Калуги колокольный звон, затем пушки забухали. В честь императрицы, стало быть. Вдруг завидел дозорный, что на опушке на сосне сидел, как из города пышный царский поезд выехал. Вскоре прозвенели через бор колокольцами золочёные экипажи, промчавшись по укатанной столбовой дороге прочь от города. Филин Ухтом на своём суку только головой крутил, провожая весёлый перезвон всё новых и новых экипажей.
- Так, выходит, не нападали разбойнички на Екатерину? - удивлённо распахнул свои жёлтые глазёнки Филимошка.
- Напали и ограбили. Вот только отгадай, внучек, когда, - хитро сощурился Филат.
- Когда её догнали?
Покачал Филат ушастой головой:
- Разбойники ведь чем были вооружены? - Топорами да кистенями.
- А что такое кистени?
- Это самодельное оружие разбойников - короткая крепкая палка, а на её конце, на цепи или на ремне, прикреплён увесистый металлический шар. Но ни с саблею в ловких руках, ни с огнестрельным оружием кистень, конечно, не сравнится. А в свите-то царской - вооружённые офицеры. По слухам, и сам генерал Потёмкин был. Нападать на них - дело немыслимое. Да и на чём разбойники догонят сытых царских рысаков? К тому же не простит им царица обиды такой в своих-то владениях, где только она богопомазанной хозяйкой являлась. Для тех же, кто забывал об этом, не жалели верёвки, - Филат строго глянул на внука поверх очков.
- Итак, - продолжал старый филин, - своими глазами разбойнички видели, как покинула Екатерина городишко. А пушки, видать, к её отъезду палили. Вот теперь, решили они, погуляем на славу! Привычно завал соорудили, дорогу соснами да сучьями перегородив.
В полночь тёмную заслышал филин Ухтом колокольцы дорожные. Затаились и разбойнички в кустах да за сугробами. Чу, направляются в город экипажи богатые, не хуже царских.
Но того не ведают лихие головы, что это царский поезд в город возвращается. Погостила царица неподалёку от Калуги в усадьбе знатной у Гончаровых. Осмотрела там заводы полотняные, что паруса для флота поставляли, отужинала в гостях и в обратный путь в Калугу направлялась.
У завала взвились на дыбы передние лошади, спящий бор наполнился криками и ржанием, скрипом полозьев да налетевших один на другой экипажей. Охрана царская, вином и яствами разморённая, не успела глаза открыть, что случилось, сообразить, как мелькнули тени тёмные, с козел кучера скинули и угнали в темень снежную обоз с добром царским, что в конце процессии следовал. Даже филин Ухтом только глазом моргнуть успел. Не решилась охрана разбойников преследовать. Приказал одноглазый князь одним офицерам особу царскую и дам придворных охранять, а другим - путь освобождать.
Лёгкая добыча досталась лихим разбойничкам и богатая к тому же. Но не принесла она им радости. Заметили гербы царские и к добру даже прикоснуться не осмелились. Отвезли назад на дорогу, а сами - врассыпную. Затаились. Беду почуяли...
Теперь ты понимаешь, - подмигнул старый филин жёлтым глазом, - почему на рассвете люди воеводы обоз без труда разыскали и в сохранности царице воротили.
- Как не понимать - по ошибке разбойники напали, - развёл крылышками Филимошка. - А что дальше было?
Царица обычно очень рано вставала. По этикету ей платье новое надлежало надеть. А добро-то её ещё не найдено было. Выручила жена воеводы: подарила ей платье нарядное, калужскими мастерицами расшитое. Но не смягчил подарок гнева царского. За все безобразия - с воеводы спрос. Отменила Екатерина воеводство, провозгласила в Калуге наместничество. А наместником человека смелого и честного назначила. И наказала ему первым наперво разбойников из-под города искоренить.
Настали тяжёлые времена для шайки Юраса. Что ни день - то облава в бору. Выручала разбойников их отвага да удаль и дерзкая хитрость атамана. Не раз уходили они по тропам тайным, спасались во вру глубоком, что позднее Юрасовым прозвали. А от него - рукой подать до Оки, где летом челны быстроходные их от погони уносили. Многих лихих людишек перебили, иных поймали, связали да в город отправили. Распалась шайка. Исчез и атаман Юрас. По слухам, в монастырь подался.
Вот так, Филимоша, на самом деле всё обстояло. А потому как для города ограбление царицы позором являлось, не было оно нигде описано. Передавалось о нём лишь из уст в уста да при том, как это обычно бывает, с различными искажениями. Так что не зря наш предок Ухтом эту летопись вёл. Вот тут в конце он приписал: "Записано филином Ухтомом, что видено и слышано в бору Калужском в 1775-1776 годах".
Так же и я записываю всё, что в наше время интересного в бору происходит. А когда мои глаза устанут...
- Я продолжу, дедуля, твою летопись.


<<< Список произведений автора 
 Просмотры произведения (480) 
Форма комментированияСказки

 
 
 
 
Copyright © 2010-2018 — "Кенгуренок" Все права на материалы, находящиеся на сайте m-kenga.ru, принадлежат их авторам и охраняются в соответствии с действующим законодательством, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта гиперссылка на m-kenga.ru обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администрации сайта.