Классическая пейзажная лирика   Современная пейзажная лирика   Галерея пейзажей   Пейзажная лирика   Антология пейзажной лирики   Каталог литературных сайтов Новости сайта  
 
 
 
 
 
 
 

Уланова Наталья«Рыжая Инка (часть третья)»

Билибин Иван - Белый всадник. Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная»
Билибин Иван
Белый всадник. Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная»

  — Мы сегодня с тобой домой не пойдём! — сказала Инка. — Иди одна.
  
  — Не пойдёте? А почему? — изумилась Алина.
  
Вместо ответа Инка собрала девочек, Юльку и сестричек Майку с Иркой, в кружок и, выразительно поглядывая в её сторону, что-то заговорщицки им зашептала. Девочки заворожено вслушивались в каждое слово, оборачивались, смотрели тоже...
  
  — Ну, не идёте, не надо, — обреченно заметила Алина и медленно пошла со школьного двора.
  
Ситуация задела больно. Традиция — возвращаться домой компанией, ведь они все оказались соседками, — непонятно отчего оказалась нарушенной. И раз подружки шепчутся, значит, причина в ней. Алина плелась в тяжелых думах, перебирала причины, но ничего вразумительного так и не подыскала. Загадка осталась неразгаданной, что удручало дополнительно. Невыразимая обида заколола каждую клеточку тела.
  
   "За что так со мной, интересно? Что я такого сделала?.."
  
Землю густо устилали прелые листья, и Алина принялась ворошить их носками ботинок. Запахло мхом и грибами. Девочка улыбнулась чему-то приятному, отвлеклась от своих грустных дум. Да, запахи — самое сильное ощущение памяти. Она подобрала палочку и, вороша листья, во все глаза принялась что-то среди них выискивать. Увлеклась и потому, не сразу отреагировала на неприязненные смешки.
  
  — Ну что я вам говорила? Сами теперь видите? Мы с ней еще в садик вместе ходили, я её давно-о-о знаю! Она немного того, — Инка выразительно покрутила у виска пальцем.
  
  — Сама ты того, — ответно отреагировала Алина.
  
  — Ага, ты сейчас будешь врать, что тебя не лечили от нервов, — Инка мстительно смотрела в самые глаза.
  
   Алина аж задохнулась.
  — От каких нервов?!
  
  — Не ври мне тут, пожалуйста! Твоя мама говорила моей, что лечила тебя от нервов. Валерианкой даже на ночь мазала. И с тобой надо осторожно, а то всё что угодно может случиться. От тебя всё что угодно ожидать можно.
  
Дальше она вновь что-то зашептала удивленно вылупившимся одноклассницам. И натужно засмеялась. Те подумали и смех подхватили. Сначала недоверчиво, а затем презрительно и насмешливо.
  
Алина и вправду вспомнила, как мама обтёрла её валерианкой, а потом вся семья спать не могла, потому что кошка Васька ластилась к ней, мурлыкала, и всю ночь носилась по квартире, как угорелая. Мама сказала тогда, что эти процедуры они прекращают и переходят на хвойные ванны. Алина вновь вспомнила, с каким наслаждением она погружалась в тепленькую желтенькую и так славно пахнущую водичку... Удовольствие непередаваемое. Вдобавок приятное еще тем, что мыло с мочалкой при таких купаниях оставались сухими! Кто не обрадуется?
Алина отметила себе, что поинтересуется вечером — чего эти приятные процедуры прекратились.
"Спасибо, Инночка!"
...А то, что она нервная, никто и не скрывал вроде... И "осторожно" — так это надо не её остерегаться, а осторожными быть с ней самой, беречь, не раздражать понапрасну, чтобы не плакала много... Но Инка же исказила положение безбожно!
"Инка, как же ты можешь..."
Алина из-за стыда за неё потупила глаза.
  
  — Видите, видите? Правду я сказала! Молчит, да еще глаза прячет! Ой, какое нежное у нас мороженое — бя-бя-бя — сейчас заплачет.
  
  — Не буду я плакать.
  
Алина развернулась и пошла, напряженно, похолодевшей спиной ощущая, как те идут следом, кривляются да посмеиваются. А до дома еще так много шагов...
  
Небо начало сереть, сгущать цвет и его холодная напряженность низко повисла над головой.
Сердце колотилось, и вся она напряглась, как от худого предчувствия. Возмутиться бы, но ни сил, ни слов не было. Алина остановилась и стояла долго, будто приросла к месту и не может ступить с него ни шагу. Всю её объяло туманом, в голове гудело. И чем дольше стояла она, слушая выкрики и насмешки своих подружек, тем обморочнее становилось её состояние. Вслушавшись в себя, она поняла, что не ощущает ни страха, ни злости, — да, ничего этого не было, лишь оторопь от произошедшего с ней недоразумения.
Этими кривляньями одноклассницы уничтожали в ней, вытаптывали что-то хрупкое и беззащитное. Алина перестала ощущать реальность и поняла, что находится в каком-то неведомом ей прежде месте, где плохо, пусто, гадко, где только подлость правит всем и всеми.
Страдать душа уме-е-ет... Вот, даже в таком пустяке, раскаляется до последнего градуса и рвёт себя в клочья со страшной силой. В доверчивых и чистых-чистых глазах засела непосильная боль. Хотелось убежать, обнять кого-нибудь родного, спрятать лицо в его тепле или же забиться в угол и долго, горько там реветь. От жалости к себе или еще от чего, пока не совсем детскому осознанию понятного.
  
  — За что вы так со мной? - искренне вопросил девчоночий голос.
  
  — За то, что ты такая ду-у-урочка! Дурочка-снегурочка! Алинка-малинка, глупая дубинка!
  — .............
  — .............
  — .............
  — И вот она, такая, будет нашей старостой! — выкрикнув это, Инка горестно покачала головой.
  
И тут она всё поняла.
Сегодня на большой перемене с единогласного одобрения класса Алина была выбрана старостой. Инка одной из первых тянула руку "за"! А как искренне потом поздравляла...
Что же это теперь такое?.. И эти... Что за подружки такие, раз их так легко можно переубедить?..
  
Искры негодования вспыхнули и погасли в глазах, оставив там тёмный нехороший блеск, а лицо, подавив горечь, приобрело выражение отчаянное, решительное.
Алина, пробормотав еле слышно: "Ну, вы сейчас у меня получите...", — нагнулась, быстро подобрала горсть камней и побежала навстречу своим мучительцам.
  
  — Я ничего вам не сделала! Вы первые начали!
  
Град камней достался первой попавшейся на пути маленькой пухленькой Юльке. Пампушку было жалко, но что поделаешь... Юлька же повернулась спиной, наклонилась, закрыла голову рукавами пальто, подставив под обстрел обтянутую колготами не по-детски большую попку. Камни еще так весело от неё отскочили... Толстушка же присела на корточки и, потирая место под платьем, принялась обидно реветь. Маленькая, беззащитная, а на пальто осыпавшаяся с камней пыль...
Но Алина всего этого не видела, она лупилась портфелями с сестричками — Майкой и Иркой. Лупилась остервенело, до тех пор, пока сама впечатлительно не получила камнями по голове, а еще один содрал лоскут кожи на внешней стороне правой ладони.
Кровь отрезвила девчонок. Всем разом нестерпимо захотелось домой.
Инка, единственная, кто не пострадал, стояла на приличном расстоянии ото всех, и оттуда кричала что-то невозможно обидное. Алина только сделала вид, что собирается бежать за ней, как та нервно отбежала в сторону и уже там догадалась, как смешно и позорно это выглядело со стороны.
Домой поплелись через детский садик. Алина, истерзанная внешне и внутренне, переполненная слезами, шла на два шага впереди и время от времени оглядывалась на всё же спасовавшую перед ней армию. Сделалось веселей. Сердце забилось ровнее, и силы прибавились. Но вот шепотные угрозы: "Смотрите, смотрите, что она мне сделала! Я маме на неё пожалуюсь! И я тоже!" — пугали, бередили душу.

"Они первые на меня напали, я их не трогала, а теперь я же и виновата..." Всё в Алине, всё вопило от несправедливости, негодовало.

Она как бы случайно обратила внимание на свою саднящую руку, демонстративно дула на ранку и морщилась.
Инка в момент подскочила к ней, обхватила за плечи, шумно поцеловала в щеку.
  — Ой, Алиночка, кто это тебя так? Больно, да? — она скорчила притворно сочувственную физиономию.

Кожей ощущая всю неискренность поступка, Алина не смогла оттолкнуть подружку. Она почти проглотила обиду, но в это время их нагнал веселый мальчишка — Иська. Он жил с Юлькой и сестричками в одном доме, в одном подъезде, но на разных этажах. И до недавнего времени был соседом Алины по парте, пока их не рассадили за драку линейками. Хотя, они и не дрались вовсе, а сражались на шпагах. Правда, во время урока. Их уняли, линейки забрали, но эмоциональное разрешение вопроса "Кто же теперь победитель?" поставило последнюю точку на их соседстве. И вот теперь Иська успел забросить дома портфель, переодеться и даже сбегать в магазин. В авоське позвякивали две бутылки кефира с синими крышечками из фольги. Иногда крышечки бывали малиновыми.
Девочки, завидев соседа, оживились и активно принялись жаловаться на Алинку, демонстрируя свою помятость, взъерошенность и развязанные банты. По мере поступления информации веселость сходила с лица Исика, делая его жестким и оскорбленным, глаза нехорошо покраснели. Как-то очень кстати Инка выпустила Алину из объятий и добавила своих красок. Исик распалился и тяжело дышал.
  — Ты била моих соседок? Ты? Сейчас я тебя за них изобью!
Он пружинно подскочил к ней, высоко задирая ногу для удара. Звякнули бутылки. Алина вовремя отскочила в сторону. Сценка повторилась еще раз, и еще раз, и еще...
Нападение Исика окончательно добило её. Оскорбило до глубины души.
  — Они врут всё, врут, а ты, как дурак!..
Алина не выдержала, разразилась слезами, развернулась бежать, но затем вернулась, с размаху стукнула Исика портфелем и только после этого убежала.
  
Неприятен звук бьющегося стекла.
Начались охи, вздохи, сочувствия...
  — Исик, бедненький, тебя же дома убьют!
  — Посмотрите, вторая не разбилась! Можно в луже помыть.

   Исик растолкал их, подхватил авоську и пошел домой.
   Но всего этого Алина не видела. Она, как ненормальная, неслась по улице.
  
  — Хулиганка! Она даже мальчика бьёт!
   Кто-то кричал ей вслед, кричал...
  
Наконец, увидев свой дом и свет в своём окне, Алина, задыхаясь в истерике, начала звать брата. Ведь это он там, дома! Он сейчас услышит, выйдет и спасёт. И весь этот кошмар сразу закончится.
  
Исик бежал за ней следом, просил остановиться, а она, заметив его боковым зрением, испугалась и закричала истошно на весь двор.
  — Не подходи! Сейчас мой брат выйдет, он вас всех убьёт! И тебя в первую очередь!

Исик тоже что-то крикнул...
Но она уже вбежала в подъезд, захлопнула двери, которые никогда и не закрывались толком, крепко прижалась телом, чтобы никто не вошел следом. И долго, очень долго унимала слёзы и дыхание.
Домой она поднялась почти спокойная, только непривычно грустная.
  
  — Что с тобой? — взволнованно спросил брат.
  — Ничего, — кротко ответила она. — А ты не слышал, я тебя кричала.
  — Нет, не слышал, балкон же закрыт. Ты плакала что ли?
  — Нет.
  — А чего так поздно?
  — Меня старостой выбирали.
  — Ух ты, поздравляю!
  — Спасибо...
  
Дома было так хорошо, тепло и уютно. Не хотелось нести сюда грязь с улицы. И потому, она отправилась в ванную, пустила холодную струю и долго держала под ней руку. Держалась молодцом, хотя, может быть, и не удержала парочку соленых капель...
  
"Бог с ней, с этой Инкой, — решила Алина. — Давно известно, что никто так не врёт и не надумывает, как она".
  
Эх, Алина, наивная ты душа, она еще столько придумает, что не один век тебе отплевываться надо будет.
Подлость разъедает душу, как кислота, но ты уже привыкнешь к ней, притерпишься. Жизнь, девочка, несмотря на все невзгоды, упорно движется вперед. А пока, учись, пропустив всё "через себя", платить добром и своевременно благодарить за помощь, пока в твоей руке чья-то теплая добрая ладонь.


<<< Список произведений автора 
 Просмотры произведения (1245) 
Форма комментированияРассказы о детях

 
 
 
 
Copyright © 2010-2017 — "Кенгуренок" Все права на материалы, находящиеся на сайте m-kenga.ru, принадлежат их авторам и охраняются в соответствии с действующим законодательством, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта гиперссылка на m-kenga.ru обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администрации сайта.