Классическая пейзажная лирика   Современная пейзажная лирика   Галерея пейзажей   Пейзажная лирика   Антология пейзажной лирики   Каталог литературных сайтов Новости сайта  
 
 
 
 
 
 
 

Ава Ардо «Чертик Коша, пещерный дух Мао, птичка Ифа и их пропавшие вещи. Или сказка о том, как мы победили злую колдунью Унгу.»

Билибин Иван - Иллюстрация к сказке «Белая уточка»
Билибин Иван
Иллюстрация к сказке «Белая уточка»

Не так давно я, дорогие читатели, побывала в забавной, сказочной стране Гаврошке. В этой стране живут хорошо вам известные чертики. Да-да, те самые чертики, которых все дети так бояться. Признаться честно, когда я была маленькая, я тоже боялась этих странных рогатых существ, а зря. Сказочные чертики совсем не злые. Наоборот, они очень смешные и веселые.
Но давайте вначале я вам расскажу о замечательной стране Гаврошке. Гаврошка — небольшая страна, но в ней живет много чертиков — с белой шерсткой и с черной. Раньше и белые и черные чертики жили все вместе, но после того, как с их замечательными рожками приключилось несчастье, чертики разругались и поделили Гаврошку на две части. Одна часть страны стала называться Белой Гаврошкой, а другая — Черной. В Белой Гаврошке стали жить белые чертики, а в Черной, как вы уже, наверно, догадались — черные.
В Гаврошке очень высокие горы и есть небольшой, но очень густой лес, но чертики редко туда наведываются. Они больше любят сидеть на крылечках своих маленьких домиков и мечтать о далеких путешествиях. Раньше, когда черные и белые чертики не враждовали между собой, они частенько собирались все вместе и рассказывали друг дружке свои мечты. Эх, если бы не проделки злобной Унги, чертики бы до сих пор жили дружно, а Гаврошка бы не была поделена на Белую и Черную!
Вы спросите, а причем здесь какая-то там Унга? А вот причем. Именно эта злая колдунья сделала так, чтобы рожки белых и черных чертиков поменяли свой цвет. Раньше у черных чертиков были черные рожки, а у белых — белые, а теперь, наоборот: у черных чертиков стали белые рожки, а у белых — черные. Противная Унга знала, что ничем чертики так не дорожат, как своими рожками. Каждое утро они с усердием начищают их до блеска с помощью своих маленьких щеточек, ведь рожки у чертиков всегда должны блестеть. Чертика, у которого рожки не блестят, тут же нарекут страшным лгунишкой. Да-да у всех чертиков обманщиков и лгунишек рожки никогда не блестят, даже после хорошей чистки щеточкой.
Раньше и белые и черные чертики помогали друг дружке натирать рожки, а после колдовства Унги — перестали. Более того, белые и черные чертики возненавидели друг друга.
— Это все ваши проделки! — обычно кричали белые чертики черным со своей половины Гаврошки.
— Нет, во всем виноваты вы! — откликались с другой половины черные чертики.
Хорошо, хоть узенькая речка, отделяющая Белую и Черную части Гаврошки мешала чертикам затевать драки между собой. Дело в том, что чертики жуть как не любят воду. А мыться они вообще ненавидят! После мытья, по их словам, у них страшно линяют их густые штанишки и, обросшие коротенькой, мягкой шерсткой, животики. Правда, вот беда! Если черным чертикам мыться и не обязательно (ведь на черном грязи не видно), то белые чертики вынуждены один раз в полгода, а окунаться в речку, хотя бы для того, чтобы не походить на своих, теперь уже, врагов, черных чертиков.

Я как раз и проходила мимо речки, разделяющую Гаврошку, когда на меня неожиданно, просто-таки налетел маленький, черный чертик.
— Эй! — недовольно крикнул он, потирая ушибленную голову. — Чего ты стоишь на моем пути?! Не видишь, я бегу?!
— Простите, — извинилась я, — но это вы налетели на меня.
— Я?! — подпрыгнул на месте чертик. — Я никогда и ни на кого не налетаю! И вообще, я не умею летать! Летающие чертики живут в другой сказочной стране!
— Простите еще раз, — отошла я на всякий случай от рассерженного чертика подальше, — я не хотела вам мешать.
— Эх! — вдруг в отчаянии проговорил чертик. — Как ты могла мне помешать, если я уже опоздал, куда так торопился.
— А куда вы торопились? — спросила я.
— Эх, — присел на травку чертик, — у меня такая беда… такая беда… — вдруг совсем по-детски расплакался он.
— Что с вами приключилось? — погладила по мягкой, шелковистой шерстке я чертика.
— Я утопил свою щеточку для рогов, — сквозь всхлипывания проговорил чертик.
— Утопил, где?
— В реке.
— В реке? — удивилась я. — Но ведь все чертики стороной обходят реку, что же ты там, малыш, делал?
— Я там умывался, — тяжело вздохнул он.
— Умывался?
— Да. Понимаешь, — доверительно проговорил он, — я очень аккуратный чертик. Я люблю чистоту. И поэтому в отличие от всех остальных своих собратьев, я умываюсь каждое утро. Правда об этом ни один чертик в Гаврошке не знает. Щеточку для рожек, я, как и все остальные чертики, ношу всегда с собой. Обычно я крепко держу ее в руке, а сегодня…
— Ты ее упустил? — догадалась я.
— Да, — печально вздохнул чертик. — Как же я теперь объясню всем своим собратьям, что потерял щеточку в речке. Меня ведь поднимут на смех, обзовут самым обидным словом для любого чертика «чистюлей», а еще нарекут лгуном.
— Потому что твои рожки не будут блестеть? — снова догадалась я.
— Да. Потому что мои рожки не будут начищены.
— А может твою щеточку можно выловить из речки? — спросила я.
— Нет, — ответил чертик, — ее уже далеко унесло течением, и наверняка ее уже присвоила себе противная колдунья Унга. Она всегда присваивает себе чужое.
— Значит, мы отправимся к Унге и попросим вернуть твою щеточку, — сказала я.
— Эх, — почесал свой пушистый, шерстяной живот чертик, — злая и жадная колдунья ни за что не отдаст мне щеточку.
— Отдаст, — уверила я чертика. — Идем, — взяла я его за руку. — Ты покажешь мне дорогу к Унге.
— Правда?! — оживился чертик, и его маленькие, черные глазки весело заблестели, а тоненький, похожий на веревку, хвостик нервно задрожал.
— Ну, конечно, правда, — улыбнулась я в ответ. — Только для начала, скажи, как тебя зовут, малыш.
— Меня? — вдруг смутился чертик. — Меня зовут Коша.
— Какое красивое и доброе у тебя имя, — сказала я чертику.
— Правда?! — больше прежнего обрадовался Коша. — А я думал, что мое имя глупое и смешное.
— Твое имя самое лучшее из всех известных сказочных имен, — уверила я Кошу и мы отправились с ним в путь.

Идти пришлось недолго, но дорога была не из легких. Оказалось злая колдунья Унга жила высоко в горах, в глубокой пещере. Мы шли над глубокими ущельями, взбирались по крутым утесам и, наконец, только к вечеру, наткнулись на небольшой вход в нужную нам пещеру.
— А в этой пещере живет дух Мао, — таинственно прошептал мне на ухо Коша.
— А что это за дух? — поинтересовалась я.
— Дух всех пяти пещер нашей страны Гаврошки.
— А он злой?
— Не знаю, — пожал плечами Коша. — Может быть и злой, а может и добрый, — протянул он мне свою мохнатую лапку. — Пойдем, там станет видно.
— Идем, — взяла я Кошу за лапку и мы вошли в темную пещеру.

В пещере было сыро и холодно. С высоких потолков капала вода. Вдали слышалось негромкое журчание пещерных ручьев.
— Унга должна быть где-то здесь, — шепотом проговорил Коша.
— У-у-у! — завыл страшный голос со всех сторон. — Кто произносит в моей пещере имя коварной колдуньи?!
— Ой! — в испуге юркнул за мои ноги Коша. — Это пещерный дух! Он нас всех сейчас уничтожит! Бежим, бежим скорее отсюда!
—У-у-у! — снова раздался вой. — Глупые! Это моя пещера! Я в ней хозяин! И я ни за что не выпущу вас, если сам того не захочу! У-у-у!
— О, великий дух страны Гаврошки, — почтительно произнесла я, — простите нас с Кошей, если мы нечаянно обидели вас. Поверьте, мы не хотели.
— У-у-у, — подобрел голос духа. — Хорошо. Вижу, вы уважаете духов. Мне стоит с вами познакомиться поближе.
По пещере прошелся ели слышный шорох, откуда-то повеяло холодом, несколько крохотных камушков, сорвавшись с потолка, упали на пол и разбились. Не успели мы с Кошей и глазом моргнуть, как перед нами уже возвышался большой и толстый пещерный дух. Голова у духа была маленькой и абсолютно лысой, глаза были похожи на плошки и, что самое интересное, цвета они были разного: один глаз был зеленым, а другой — фиолетовым. Одет дух был очень смешно: в длинную-предлинную сорочку, какие обычно надевают перед сном, с длинными, достающими аж до пола, рукавами.
— Здравствуйте, — почтительно поклонился перед нами дух Мао. — Прошу прощения за мой внешний вид… Но, видите ли, другой одежды у меня нет.
— Как?! — выпрыгнул из-за моих ног Коша. — Разве духи так бедны, что не могут сшить себе одежду?
— Эх! — разочарованно махнул рукой в ответ дух Мао. — Дело не в бедности и богатстве, а в том, что мою выходную одежду обманом украла мерзкая воровка Унга. Пообещала выстирать мой любимый плащ, а вместо этого забрала его и спрятала в своем сундуке. Отдавать же обратно плащ она не хочет.
— А вы не можете ее напугать? — спросила я. — Ведь вы же все-таки пещерный дух?
— Нет, — вздохнул дух Мао. — Напугать Унгу я не могу. Она колдунья умная. Она сама кого хочешь напугать может.
— А может можно применить какое-нибудь колдовство? — спросил Коша.
— Эх, — усмехнулся Мао в ответ, — если бы я умел колдовать, думаете, я бы позволил себе появиться перед вами в таком неприглядном виде. Я всего-навсего пещерный дух, я не умею колдовать. Я умею пугать. А так я совсем безобидный.
— А пойдемте с нами, — предложил духу Коша. — Мы как раз тоже идем к злой Унге, чтобы отобрать у нее мою щеточку для рожек.
— А я вам не помешаю? — нерешительно спросил Мао.
— Конечно, не помешаете, — заверила я его. — Наоборот, с вами будет веселее и безопаснее. Ведь кто, как не вы, знает все об этой пещере?
— Никто не знает, — радостно подтвердил дух Мао.
И мы все втроем отправились дальше в самую глубь пещеры на встречу с колдуньей Унгой.

А Унга в это самое время перебирала в своем большущем сундуке все украденные ею вещи. О том, что к ней идут непрошенные гости, Унге сообщила маленькая птичка Ифа. Ифа была хорошей, доброй птичкой, но очень боялась злой колдуньи, ведь колдунья украла у птички свободу.
— Ах, так! — услышав о непрошенных гостях, на всю пещеру прокричала Унга. — Значит, они хотят у меня отобрать мои богатства! Не отдам! — заперла она сундук на замок. — Это все мое! Ух, я им покажу! — стала рвать она на себе свои седые, сбитые в один большой колтун, волосы. Маленькие глазки Унги при этом злобно засверкали, колдунья заскрежетала зубами, засопела носом, зашипела, словно змея:
Унга-унга-унга-нос!
Произнесла она.
Нуфи-муфи-нуфи-глос!
Ошка-тошка-тошка-нум!
Унга-нуфи-бум-бац-бум!

По пещере тут же разнеслось гулкое эхо. Вокруг все завыло, загудело, угрожающе зашипело. Стены пещеры содрогнулись.
— Что это?! — в испуге ухватился за меня Коша.
— Это крохотные маочата, — уточнил дух Мао. — Мои дети. Злобная Унга подняла их против нас.
— А вы можете их усмирить? — с надеждой посмотрела я на дух Мао.
— Нет, — вздохнул Мао, — не могу. Я же сказал, что я не колдун. Я, правда, знал одно маленькое заклинание, которое могло утихомирить моих маочат, но оно было записано у меня на бумажке, а бумажка эта осталась в кармане плаща, украденного Унгой. Вот так-то, — снова тяжело вздохнул Мао.
— А что же нам теперь делать? — пугаясь приближающегося страшного воя, чуть не плача спросил Коша.
В этот самый момент на нас со всех сторон налетели крохотные, ели различимые в полумраке пещеры, духи маочата. Они кружились у нас над головами и так громко выли, что от их воя закладывало уши.
— Ой-ой-ой! — испуганно кричал, прижавшийся ко мне, Коша. — Ой-ой-ой! Я сейчас оглохну! — закрывал он своими маленькими лапками ушки.
Мы с Кошей уже приготовились к гибели, как неожиданно на лысую макушку духа Мао уселась разноцветная птичка Ифа. В клювике Ифа держала бумажку с заклинанием.
— Чик-чирик-чик-чик! — весело прочирикала она. — Я выкрала это у злой колдуньи Унги. Чик-чирик-чик-чик! Я прилетела, чтобы спасти вас!
Не помнящий себя от радости, дух Мао схватил бумажку и стал читать:

Лой-лой-лой-авос,
Ники-ноки-ноки-клос,
Ахи-охи-охи-ах,
Ян-дин-ян, тарара-бах!

Маочата все как один вмиг угомонились и разлетелись кто куда.
— Ура! — радостно прокричал Коша. — Мы одолели коварную Унгу! Одолели!
— Скажи спасибо нашей спасительнице, маленькой отважной птичке, — сказала я Коше.
— Спасибо, — поблагодарил Коша птичку.
— Не за что, — защебетала смущенно та в ответ. — Ифа всегда готова помочь вам.
— Ой! — захлопал от удовольствия в ладоши Коша. — Какое же у тебя красивое имя — Ифа.
— У тебя тоже, — ответила птичка. — Тебя ведь зовут Коша, не так ли?
— Да! — больше прежнего обрадовался чертенок. — А откуда ты меня знаешь?
— Чик-чирик-чик-чик! А я слышала, я слышала твое имя! Мне его когда-то поведала речка нашей прекрасной страны Гаврошки. Она сказала, что Коша — единственный чертенок, который любит умываться по утрам.
— Спасибо, что вернула мой драгоценный листочек, птичка Ифа, — поблагодарил птичку дух Мао. — Если бы не ты, не знаю, что было бы с моими друзьями.
— Чик-чирик-чик-чик, — погрустнела вдруг Ифа. — Не за что меня благодарить. Если бы вы только знали, как плохо я поступила. Ведь это я предупредила о вашем приходе Унгу. Но я четное слово, не хотела! Просто злая колдунья украла у меня свободу и заперла на замок в своем большущем сундуке. Унга пообещала мне вернуть свободу лишь тогда, когда я исполню ровно сто пятьдесят пять ее приказаний. Одним из таких приказаний было предупреждать колдунью о надвигающейся опасности. Вот я и предупредила… — заплакала Ифа.
— Что ты, — погладила я птичку по разноцветным перышкам. — Не плачь. Ты ведь такая отважная птичка, и ты ведь, не смотря ни на что, помогла нам, а это главное.
— Что же мне теперь делать? — плакала Ифа. — Ведь теперь Унга ни за что не отдаст мне мою свободу.
— А идем с нами, — предложил птичке Коша. — Вместе мы обязательно вернем ее тебе.
И мы все вчетвером отправились к колдунье Унге.

Узнав о нашем спасении, Унга просто-таки позеленела от злобы.
— Ах, так! — на всю пещеру кричала она. — Ну, берегитесь! Я вам покажу!

Уха-уха-уха!
Вскинула руки Унга.
Тих-тих-тих!
Огонечки, ну-ка,
Разлетитесь вмиг!
И на пещеру опустилась кромешная тьма.
— Ой, чик-чирик-чик-чик! — испуганно зачирикала Ифа. — Я ужасно боюсь темноты!
— А что случилось? — спросила я, передвигаясь в темноте на ощупь. — Почему стало так темно? Ведь раньше в пещере было все видно?
— Унга разогнала блуждающие пещерные огоньки, — ответил дух Мао. — Во всех пещерах страны Гаврошки живут крохотные огонечки. Обычно они прячутся под потолком пещеры, освещая ее.
— Чик-чирик-чик-чик! — снова зачирикала Ифа. — А что же нам теперь делать? Ведь мы ничего не видим? Как же мы пойдем дальше?
— Ничего страшного, — успокоил всех Коша. — Я вас приведу к колдунье Унге. Ведь я как-никак чертик, и я отлично вижу в темноте.
Чертик Коша взял меня за одну руку, дух Мао — за другую, а птичка Ифа уселась мне на плечо и так мы пошли дальше.
Впереди вскоре забрезжил тонкий огонечек света.
— Чик-чирик, — тихонько прочирикала Ифа, — это логово Унги.
Логово Унги находилось в самом конце пещеры. Оно напоминало маленькую комнатку, огороженную со всех сторон большущими камнями. В логове Унги было светло из-за мерцающих под самым потолком многочисленных пещерных огоньков. А еще здесь было ужасно грязно: пол логова был застелен какими-то грязными тряпками, на тряпках этих же были разбросаны страшные, похожие на чудищ, большие коренья, грязные закопченные котелки и кружки, а в самом дальнем углу возвышался огромный сундук. На сундуке висел ржавый замок.
— Вот, где прячет все потерянные и украденные вещи Унга — в сундуке! — прочирикала Ифа.
— А как же мы его откроем? — глядя на ржавый замок, растерянно спросил Коша.
— Эх, — вздохнул Мао, — без ключа здесь не обойтись.
— Чик-чирик-чик-чик! — отозвалась Ифа. — А ключ от сундука находится у Унги в правом кармане ее грязного халата. Но халат этот она никогда не снимает. Она в нем даже спит. И слух у Унги отменный.
— А где же сама Унга? — спросила я.
— А вон там, — указала Ифа крылом на виднеющеюся вдали расщелину в стене пещеры. — У Унги сейчас обед. Она прячется, чтобы никто не видел, что она ест. Унга очень боится, что кто-нибудь отнимет у нее еду.
— Что ж, — сказала я. — Значит, кто-то должен отобрать у Унги ключ и этим кем-то буду я.
— Ой! — забеспокоился Коша. — Это ведь опасно. Унга может тебя в кого-нибудь превратить! Она может обидеть тебя!
— Ничего, — успокоила я Кошу. — Я что-нибудь придумаю. Но ключ я обязательно для вас раздобуду, друзья!
И я отправилась за ключом.
Птичка Ифа оказалась права, Унга и вправду пряталась в крохотной расщелине. Злая колдунья в темноте с жадностью пережевывала какие-то черные гнилые листья. При этом она противно чавкала и то и дело облизывала свои грязные кривые пальцы.
— Кто здесь?! — заметила она меня, и ее узкие глазки злобно засверкали. — Ах, это ты? — криво улыбнулась она, выставляя напоказ черные, грязные зубы. — Убирайся отсюда, человек! Людям не место в сказочной стране!
— Я пришла, чтобы вернуть кое-какие вещи своих друзей, — не слушала я Унгу. — Вы должны вернуть чертику Коше щеточку для рожек, пещерному духу Мао — плащ, а птичке Ифе — свободу.
— Как бы не так, — мерзко засмеялась Унга. — Ничего вы от меня не получите!
— Но тогда мне придется отобрать у вас ключ от сундука силой, — сказала я.
— Да что ты себе позволяешь, человек?! — словно ядовитая змея зашипела Унга. — Как ты смеешь угрожать мне — сказочной колдунье Унге! Да за это я превращу тебя… в жука!

Угони-угони-он!
Зашипела она.
Груни-гони-нон!
Чувых чех-чех-чех!
Жучком обернись человек!

Унга, пританцовывая, закружилась на месте и громко засмеялась. Но, заметив, что ее колдовство не действует (я осталась цела и невредима), Унга страшно испугалась.
— Как?! — испуганно просипела она. — Этого не может быть! Мое колдовство всегда действует! Почему же ты не превратилась в жука?!
— Потому что ваше колдовство сказочное, — ответила я. — И вы обычная сказочная колдунья. Злая, правда, колдунья, но все равно сказочная. А сказочное колдовство действует только на сказочных существ. Но я ведь человек и я совсем не из сказки. Ведь вы сами сказали, что мне здесь не место.
— И что, ты теперь у меня отберешь ключ от сундука? — испуганно схватилась Унга за карман своего грязного халата.
— Нет. Вы мне сами его отдадите, — с улыбкой проговорила я.
— Ни за что на свете!
— А вот я превращу вас в добрую колдунью и тогда посмотрим, — рассмеялась я.
— Ты? — удивленно посмотрела она на меня. — А ты разве волшебница?
— Совсем немножко.
— Но я не хочу быть доброй! — закричала Унга. — Я уже привыкла быть злой! Я плохая! Мне нравится быть плохой! А мой сундук… Если я стану доброй, то мне придется открыть его и вернуть все вещи их настоящим хозяевам!
— И хорошо, — сказала я. — Это ведь так прекрасно, когда утерянная кем-то вещь, вновь находится. Вот когда-то вами утерянная доброта, тоже вернулась. Я нашла и принесла ее вам.
— Мне? — удивилась Унга. — Но мне еще никто и никогда ничего не возвращал. А я думала, что моя доброта пропала навсегда, и я ее уже никогда не найду.
— Ну, вот видите, — улыбнулась я. — Вы ее не нашли, а я нашла. И теперь возвращаю ее вам.
— Ах! — обрадовалась Унга. — Как же это прекрасно, когда-то что-то утерянное, вновь возвращается! Это просто необыкновенно! Это даже лучше, чем колдовство! Я обязательно верну все вещи их настоящим хозяевам! — пообещала Унга. — Честное слово! Я хочу, чтобы и они так же радовались, как я сейчас. Ах! Как же это прекрасно быть снова хорошей и доброй! И зачем я столько времени провела в этой сырой пещере, не видя белого света? И питалась гнилыми листьями?! Фу, — покривилась она, — какой же я была ужасной, грязной и злой. Но больше я такой никогда не буду.
— Только смотрите, — предостерегла я Унгу, — не потеряйте снова вашу доброту.
— Что вы! — заверила меня Унга. — Больше не потеряю! Она теперь всегда будет со мной. А теперь идемте, — сказала она, доставая из кармана ключ. — Нужно поскорей вернуть вещи вашим друзьям.
Без сожаления, Унга отперла сундук, в котором тут же отыскалась и щеточка Коши, и плащ духа Мао, и даже свобода Ифы, которая вернулась к птичке, лишь сундук был открыт.
— Ура! — прыгал от радости Коша, сжимая в руке драгоценную щеточку. — Теперь мои рожки всегда будут блестеть!
— Чик-чирик-чик-чик! — чирикала Ифа. — А я теперь смогу вернуться домой! Теперь я свободна!
— У-у-у! — довольно завыл дух Мао. — А я теперь без стеснения смогу показываться перед гостями.
— Смотрите! — воскликнула я, заметив, как белые рожки черного чертика Коши почернели. — Все вернулась на свои места!
— Ура! — радовался Коша. — Все стало как прежде! Мои рожки снова черные! Я снова черный чертик с черными рожками! Спасибо тебе, добрая Унга, — от всего сердца поблагодарил он колдунью.
— Не за что, — смущенно пробормотала та в ответ.

Начистив рожки Коши до блеска, мы все, счастливые, отправились по своим делам.
Дух Мао отправился искать своих непоседливых маленьких маочат. «Совсем от рук отбились, — сказал он».
Птичка Ифа, покинув пещеру, улетела куда-то далеко на юг.
Унга, собрав все вещи из сундука, отправилась на поиски их хозяев.
А мы с Кошей вернулись в Гаврошку, где вовсю развернулись гуляния. Чертики и белые и черные, с визгом прыгали в речку и с усердием терли друг другу спины, животы и, конечно, начищали рожки, которые вновь были у белых чертиков белыми, а у черных — черными.
— Эх! — глядя на это веселье, воскликнул счастливый Коша. — Все как в старые добрые времена! Мы снова все вместе!
И Коша, совсем позабыв обо мне, прыгнул с разбега в воду к остальным чертикам и, весело визжа, принялся тереть свой пушистый, шерстяной животик.
Я не стала мешать сказочным чертикам резвиться — в конце концов у них ведь своя, сказочная жизнь, в которой обычному человеку места не было….


<<< Список произведений автора 
 Просмотры произведения (611) 
Форма комментированияСказки

 
 
 
 
Copyright © 2010-2018 — "Кенгуренок" Все права на материалы, находящиеся на сайте m-kenga.ru, принадлежат их авторам и охраняются в соответствии с действующим законодательством, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта гиперссылка на m-kenga.ru обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администрации сайта.